logo
Новая газета. Балтия
ИнтервьюКультура

Актриса из Днепра Анастасия Лёвина: «Сейчас для наших родных в Украине любое упоминание слова «русский» болезненно»

Андрей Шаврей, культурный обозреватель

Фото из личного архива Анастасии Лёвиной

Актриса Анастасия Лёвина родом из Днепра, где в середине января погибли люди в разрушенном российской ракетой жилом доме. До войны Анастасия работала в Москве. После начала войны актриса с супругом переехали в Ригу: «не из страха, а потому что таких как мы, кто выступал против войны, там были единицы».

С июля Анастасия работает в Риге. После атаки на Днепр она была в шоке. Она позвонила родным и выяснила, что все ее близкие живы — в украинском городе остается ее брат. Теперь Анастасия уже с осторожностью говорит, что она актриса Рижского русского театра имени Михаила Чехова. И что сама она русская, хотя в совершенстве знает украинский. «Сейчас для наших родных в Украине любое упоминание слово »русский« болезненно», — говорит она.

Анастасия, расскажите, какие роли вы сейчас играете в Риге?

Я актриса Русского театра с июля. Играю Зину Бунину в недавно поставленном спектакле «Собачье сердце» Булгакова, Розу в «Маленьком принце» по Сент-Экзюпери, в «Докторе Айболите» нас трое артистов, которые преображаются в разных героев и животных. И еще участвую в музыкальном новогоднем спектакле «Рейс 2019-2020». И возможно, еще будет постановка «Карлсона», пока нет распределения.

Как вы решили стать актрисой?

Актрисой я решила стать лет в пятнадцать, училась в Днепропетровском юридическом лицее. Сейчас это Днепр, который переименовали в после 2014 года. И у нас была очень талантливая педагог Галина Александровна Пулина, она преподавала нам зарубежную литературу. В Украине русская литература относится к зарубежной, так что там были и Мопассан, и Достоевский. И она к нам привила любовь к литературе и искусству. Собственно, благодаря ей я попробовала — читала вслух стихи Блока «Миры летят, года летят» и тогда я услышала такую тишину в зале. Потом продолжила участвовать в чтецких вечерах. И после этого решила попробовать свои силы, поступив в театральное в Москве.

Я тогда прочитала у Веры Алентовой фразу, как ей мама в молодости говорила: «Или ты поступишь в школу-студию МХАТ, или вообще не поступай в театральное!». Потому что профессия непростая, зависимая и несмотря на то, насколько ты хочешь реализоваться, ты все равно зависишь от режиссера.

Я попробовала свои силы, придя на экзамены в школу-студию МХАТ. Не с первого раза я поступила, но поступила — к Константину Аркадьевичу Райкину, в его школу. Он ушёл в тот год со Школы студии МХАТ и основал свою школу при «Сатириконе». Потом я играла в его театре, в «Сатириконе», а потом мы с ребятами создали свою «307-ю студию». Тогда была «Седьмая студия» у Кирилла Серебренникова, ну и мы решили так лихо, пусть будет «307-я». Делали работы с выпускниками ГИТИСа, выпускниками Женовача, Каменьковича, ставили «Фабричных» по пьесе Александра Володина «Фабричная девчонка», я там играла Лелю, потом был «Дивный новый мир» Олдоса Хаксли. Хорошее было творческое время.

Мой муж, с которым мы познакомились после учебы во время работы в Мытищинском драматическом театре, затем работал на Таганке. И в июле мы приняли решение. Написали заявку руководству Рижского русского театра, можно ли приехать на показ, попробовать здесь свои силы. Согласовали дату, приехали, показались и мы сейчас работаем в Риге.

Фото: LETA


А уехали в связи с событиями, войной?

Да, это связано с событиями. Мы уехали не потому, что высказывать мнение — чревато. Не из-за страха, а потому что таких как мы, там были единицы, кто выходил.

Мы поняли, что не сможем остановить войну, находясь там, поэтому жить стало невыносимо. Мы уехали.

Высказывать свое мнение в Москве — это не имеет отклика, кроме как в виде штрафов и статей уголовного или административного кодекса.

И в это же время решили выезжать из Украины мои тетя и племянник, им стало не по себе находиться в Днепре. Там стало сложно школу посещать, даже сложно стало по «зуму» учиться. Учитывая, что учеба удаленная была уже во время коронавируса. Ребенок стал отставать по учебе.


Почему Рига?

Потому что муж тут когда-то был, он приезжал сюда выступать с училищем имени Щепкина и помнил, что здесь есть хороший театр. Рига даже несколько похожа на Днепр и на Львов — благодаря реке, паркам. Муж теперь шутит: планировал выехать за границу, а приехал почти во Львов.

Плюс еще моя бабушка, которую мы в Москву перевезли еще в 2021-м. Она в возрасте, необходим уход. Нам нужна была ближняя сухопутная дорога, чтобы она этот путь смогла осилить. Литовский артист, работающий в театре на Таганке, помог нам доехать на машине до границы, а с другой стороны нас уже забирали представители Рижского русского театра. Лететь самолетами или ехать общественным транспортом мы не могли.

Кроме того, мы посмотрели репертуар Рижского театра, афиши. Мы более-менее познакомились с рижским театром еще до показа. Нам ответили. На самом деле не все театры отвечают, потому что их не так много, как актеров. Это даже технически сложно, обработать все заявки. И вдруг здесь договариваются с худруком, чтобы посмотрели артистов. Уважительное отношение было у руководства: да, приезжайте. Я почувствовала, что стоит попробовать.

Сперва мы приехали без бабушки и когда нам сказали, что могут предоставить рабочие места, мы поехали за бабушкой. И при этом «закрыли» все спектакли в Москве, чтобы не подставлять там людей театра. Мы хотели, конечно, оттуда уехать. В первую очередь, потому что там ничего нельзя было сказать о войне. Мы говорили все равно, но не имели соответствующего отклика.

Фото из личного архива Анастасии Лёвиной

Как вы протестовали против войны?

Приходили на митинги против войны. Например, ходили к Посольству Украины и возлагали там цветы. Нас снимало телевидение, интересовались, почему мы пришли. CNN спрашивало, итальянское телевидение. Мы отвечали, что приходим, потому что у нас родственники в Украине: у мужа во Львове, у меня в Днепре. Часть мы забрали, часть остались. Брат мой там остался жить, но бабушку взяли с собой.

Удивительно, как она все это пережила, после всех сложных болезней. Учитывая, что родилась в России, в Пензенской области, но с 16 лет жила в Украине, пока мы её не забрали в Москву в 2021-м. И та страна, в которой она родилась, атакует страну, в которой она жила. У моих знакомых были прецеденты, когда их бабушки просто не выдерживали.

Ей 81 год. Ей здесь нравится. Мы гуляли, ездили в Межапарк, гуляем в парках у городского канала. Она периодически вспоминает дом, город Днепр.

Вы как-то прогнозируете свое будущее после войны?

Трудно все это понять. Я не понимаю, захотят ли тетя с племянником здесь остаться, продолжит ли он здесь учиться? Он учит латышский язык, нашел здесь друзей, ему здесь нравится. Если он захочет учиться здесь, то мы всей семьей большой здесь и останемся. Из Польши приехал мой отчим, маме моей мамы 92 года, она в России и он думает о воссоединении.

Будущее зависит и от того, как все будет складываться у близких. Мы несем ответственность за близких и нам следует руководствоваться не только эмоциональными порывами, надо более рационально подходить к вопросам об их поддержке. Мы сейчас все вшестером снимаем квартиру. Важен был или первый этаж или наличие лифта. Нашли.

А что теперь с карьерой в России?

Россия точно в ближайшие годы закрыта. В эту страну не хочется ни возвращаться, ни даже вспоминать о ней. Не жалко и кинокарьеры, хотя я там все-таки успела немного посниматься. Но хорошо, что мне нравятся языки и я говорю в том числе и на украинском, хотя по национальности русская. И поэтому мне нравится, что я в Латвии могу работать и на украинском языке и делаю украинский контент для радио, озвучивала Лесю Украинку. Мне важно обеспечивать семью, так что работа — решающий фактор. Радует, что муж сейчас снимается у украинского режиссера, который тоже приехал сюда.

У меня есть возможность посещать курсы английского и латышского языков. Хотелось бы сниматься в европейском кино, конечно. Или американском, если будут такие предложения. Главное, что я могу благодаря своей нынешней работе кому-то помочь, я от этого получаю удовольствие, честно вам скажу.

shareprint
Главный редактор «Новой газеты. Балтия» — Яна Лешкович. Пользовательское соглашение. Политика конфиденциальности.
Мы используем файлы cookie.
Политика конфиденциальности.
close

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.