logo
Новая газета. Балтия
ИнтервьюОбщество

«Чтобы выучить эстонский язык, нужно два с половиной года и сочетание трех факторов»

Интервью с основательницей школы Multikey Online School Натальей Китам

Анастасия Леденкова, корреспондент в Таллинне

Наталья Китам (фотограф — Александр Ивашкевич)

Для того, чтобы выучить эстонский язык, нужно примерно два с половиной года, а успех зависит от сочетания трех факторов, главный из которых — 90% эстоноязычного окружения, считает основательница школы Multikey Online School Наталья Китам.

Несмотря на то, что в Эстонии русский язык не является государственным, в стране есть возможность русскоязычного дошкольного и школьного образования. Практически во всех социальных учреждениях найдется русскоязычный сотрудник, а информационные сайты переведены на язык национальных меньшинств.

Все это создает комфортную среду для жизни и не очень вдохновляет русскоязычных на глубокое изучение эстонского языка. Многие люди, длительно живущие на территории Эстонии, не знают язык выше А2 — В1 уровней.

Эстонский язык считается сложным языком, многие не раз штурмовали языковые школы, но факт остается фактом — уровень владения эстонским языком по-прежнему остается низким. Приезжающие экспаты из разных стран мира также не радуют успехами. Люди ссылаются на сложность языка и возможность обходиться если не русским, то вполне успешно английским языком.

В чем же сложности изучения эстонского языка? Осилит ли дорогу идущий? И поможет ли русскоязычным новая реформа образования? Об этом и не только мы поговорили с Натальей Китам, основательницей школы Multikey Online School, психологом, нейролингвистом и психолингвистом.

Как вы считаете, существует ли разница в изучении эстонского языка людьми разных национальностей и разного возраста?

Нет, я уверена, что это никак не зависит ни от национальности, ни от возраста или особого лингвистического таланта. Я считаю, что есть три реальных фактора, по которым можно предсказать будущую интеграцию.

Первый фактор — это стресс, понимание, что тебя твое положение в силу незнания языка сейчас не устраивает. Ты готов предпринимать усилия, чтобы выйти из этой ситуации. Если ты не будешь работать, не будешь действовать, то останешься в этой крайне некомфортной ситуации.

Второй фактор — уверенность в том, что те люди, чей язык ты изучаешь, настроены положительно. Они готовы с тобой общаться, готовы тебя принять, работать с тобой и относятся к тебе хорошо.

Причем это важно именно на уровне твоей уверенности.Тогда ты начинаешь двигаться, ты будешь подсознательно отметать весь негатив, который будет встречаться. Это как зеленый свет на светофоре, видишь его и идешь, а на красный ты не пойдешь. А если ты будешь чувствовать, что тебе плохо, ты будешь все время ловить красный свет, будешь видеть только его и пропускать зеленый.

Это второй фактор, а какой же третий?

А третий — среда. 90 процентов окружения должны быть эстоноязычным. То есть твое общение на эстонском языке должно быть ежедневным. Причем этот фактор — самый главный.

Наталья Китам (фотограф — Александр Ивашкевич)

Есть мнение, что украинцы более способны к изучению эстонского языка. Военные беженцы быстрее заканчивают курсы и сдают государственный экзамен.

Способности у всех абсолютно равные. Давайте не будем забывать, что основное отличие украинцев от давно проживающих здесь русских — это куда больший уровень стресса. У них присутствует осознанная необходимость прилагать усилия для решения проблемы адаптации в новой стране и полноценной жизни. К тому же, есть уверенность в добродушии и принятии со стороны эстонцев. Кроме того мы наблюдаем большую рассеянность по Эстонии, по маленьким селениям и городам, где они оказываются в 10% меньшинстве. Работают те самые три фактора, которые из человека любой национальности сделают «лингвистического гения».

Сколько времени в среднем требуется мотивированному человеку, чтобы выучить язык до, скажем, уровня B1 включительно?

Я могу сказать не просто про В1, а про уровень С1. Это 2,5 года. По крайней мере, так мы видим прогресс в нашей школе.

На какие государственные программы может претендовать иммигрант, имеющий вид на жительство в Эстонии?

Первая программа, в которой предлагается участие, это Settle in Estonia. Это основная программа для людей, приехавших в страну менее пяти лет назад. Там можно отучиться до уровня А2 включительно, а дальнейшее изучения языка проходит уже через Фонд Интеграции.

Как организовано преподавание в Settle in Estonia? У них разработан собственный метод изучения языка?

В Settle in Estonia практикуется так называемый прямой метод изучения языка. Он основан на повторении фраз и диалогов, игровой форме и позднем введении грамматики. Люди очень быстро запоминают базовые слова и фразы. В чем-то это преподавание схоже с преподаванием детям. На мой взгляд, минус его в том, что он хорошо подходит, например, для людей совсем простых специальностей. Понимания структуры языка он не дает, поэтому люди очень быстро теряют полученные знания, если не продолжают обучение.

А как устроена система образования в Фонде Интеграции? Как определяются школы, в которые могут зарегистрироваться желающие?

Государство объявляет конкурс, где выигрывает та школа, которая предложит самую лучшую цену. Условия определены таким образом, что час обучения каждого ученика должен стоить не более 3,5 евро, но лучше меньше, в идеале 2,6 евро. То есть выигрывают те, которые предлагают ниже. В группе должно быть не больше 16 человек. Если это оффлайн, то должно быть оборудованное помещение, кофемашина, может быть, просто доступ к воде.

1 сентября в Таллиннской Кесклиннаской Русской Гимназии, фото — Наталья Фролова

Многие ученики, да и учителя, отмечают очень разный уровень образования в языковых школах, сотрудничающих с Фондом Интеграции. Нередко учащиеся покидают курс и ищут другие возможности обучения. Почему?

Давайте просто посмотрим арифметику такого курса. У нас 16 человек, час стоит в среднем 3 евро. Если умножить, получаем 48 евро за час, а нужно заплатить аренду, очень много уходит на управление проектом и составление отчетности. И получается, что на зарплату учителю остается очень мало.

Ни один высококлассный учитель не пойдет работать на такие условия. В том числе даже не из за того, что это невыгодно финансово, хотя это очень важно. Главное в том, что результат не виден.

Невозможно учиться, когда сэкономлено на всем. В условиях прописано, что в эти деньги должны входить учебные материалы. Создание своих учебных материалов не входит в курс, тестирование до и после не входит в то, что покупает и оплачивает государство, а также, внимание, индивидуальная обратная связь тоже не входит. Это не нужно.

И еще одно ограничение. Обучать на бесплатных курсах, которые заказываются интеграционным фондом, можно только на эстонском языке. А когда эта смешанная группа, то что получается? Часть говорит только на английском, другая понимает только русский, эстонского никто еще не знает.

Как оценивается успеваемость студентов?

В принципе, единственной оценкой результативности этих курсов является регистрационный лист, в котором отмечается, был ли человек на этом уроке или нет. И вот это неверно. На мой взгляд, надо поставить реальную цель, как мы оцениваем результат. Можно использовать не только регистрационные листы, но и, например, количество домашних заданий подсчитывать и смотреть, как они сделаны.

Это уже включаются другие механизмы. Давайте уберем регистрационные листы. Будем оценивать результативность курса. Сделаем экзамен независимым. Ну вот сдают же, например, онлайн экзамен на знание правил дорожного движения, он не так уж дорого стоит. Я понимаю, кто-то захочет обмануть. Но если ты знаешь, что в конце будет тест, и он будет не у твоего учителя, который у тебя и заодно недостающие подписи соберет за пропущенные уроки и подскажет, то и оценка знаний будет гораздо правдоподобнее.

Наталья Китам (фотограф — Александр Ивашкевич)

Что бы вы посоветовали человеку, который уже безуспешно попробовал себя в интеграционной школе? Куда ему двигаться? Как ему учить язык так, чтобы не потерять мотивацию и чтобы был результат?

Я попросила бы задуматься об этих трех факторах, про которые мы уже говорили. Если там все позитивно и все на пятерочку — расслабиться. Ну, может быть, воспользоваться нашим курсом. Но вообще, я уже говорила, что когда у человека срабатывают все три фактора, он легко выучивает язык.

Сейчас со вторым фактором о добром к себе отношении у выходцев из России совсем плохо.

Именно так. Нужно придумать нечто. Мы видим, что это не работает сейчас. Но выбор все равно огромен. Если какое то сочетание факторов сработает, ну, как бы можно искусственно его придумать для себя, в конце концов, подумать, чем я полезен, кому и чем я могу быть здесь полезен. И найти этих людей, которым ты полезен.

Как найти этих людей? Где вообще практиковаться языку, когда с тобой практически везде готовы говорить на русском?

Есть группа «Räägi minuga». Это проект нашей онлайн-школы Multikey, созданный еще в 2018 году. В группе вы можете найти друга по языку или партнера по хобби, получить информацию о культурных мероприятиях и возможностях обучения. В ней всегда очень много участников, в том числе тех, кто является как носителем, так и свободно говорящих на эстонском. Просто придите и спросите — кто со мной? И всегда найдутся собеседники. А недавно мы открыли платформу, на которой мы размещаем всю информацию о местах, мероприятиях и встречах для всех уровней эстонского языка.

Не могу не спросить о реформе, согласно которой все школы будут переведены на обучение только на эстонском языке. Как вы оцениваете ее пользу?

Будет полезнее больше уделять внимания эстонским детям в эстонских школах и русским детям в этих же эстонских школах, нежели чем создание очередного русского ковчега. Где мы будем делать вид, что учителя, прекрасно преподающие химию или физику на русском языке, начнут также это делать на эстонском. И будем делать вид, что когда дверь не закроется и микрофон не выключится, они не перейдут на русский язык.

Ну и вообще это совершенно нереально. И не нужно вот в таком виде делать. Может быть, кто-то не понял, что речь идет не о том, что русские и эстонские дети будут учиться в одной школе. Нет. Русские дети останутся компактно в своих же классах, а учить их будут русские учителя. Предполагается, что они успеют выучить эстонский язык на должном уровне к тому времени.

То есть все останется в принципе как было?

Да, конечно!

Правительство должно это понимать, как вы считаете?

А вот это очень интересно. Личное восприятие оно как бы разное. Они понимают, что эстонцев это раздражает, в том смысле, что ну сколько можно, эти русские язык не учат. Что же такое?

Я думаю, что как раз вот эта вот история о трех факторах, она должна расставить все по местам. Там ответы, почему не выучили и там ответы, почему эта новая реформа русской школы не сработает.

Как вы считаете, насколько эффективны языковые курсы для детей дошкольного возраста? Очень часто родители, приехав в Эстонию, отдают детей на всевозможные курсы с целью быстрой интеграции в эстонское общество. Но практика показывает, что это не всегда работает.

Мне кажется, что таким образом родители хотят интегрировать своего ребенка, думая, что ему будет проще. А ребенок- то сам изначально вообще не понимает, что нужно и как нужно. Дети очень разные. Есть те, которым нравится учиться, учить новый язык. Но чаще это опять искусственные истории, когда в одном классе собрались все несчастные русские дети, которых родители туда запихнули. А так как есть на это большой спрос, то и всевозможных курсов предостаточное количество.

То есть Вы не советуете идти таким путем?

Я бы все-таки искусственно не стала вводить язык.Особенно, если свой родной язык еще не успел установиться, устаканиться и если в семье нет сразу нескольких иностранных языков. Исключением может быть только, если у ребенка есть свой большой интерес к изучению. Вот я язык выучила за один год, выучила его во дворе, просто общаясь с другими детьми.

Реформа затрагивает и дошкольное образование. Если в детских садах будет только эстонский язык, это поможет детям освоить новый язык через повседневные игры и общение?

Все будет проходить очень форсированно, а значит, будет плохое качество. И даже не говорите мне, что оно будет хорошим.

Детский сад с русским языком обучения Naeratus , фото — Анастасия Леденкова

То есть там будет все то же самое, будут те же самые русские преподаватели?

Еще раз скажу, это не смешение, здесь нет истории 90%-м окружением. Когда у тебя в стране 25% неэстонцев, вот они, корни напряженности. Не надо решать множество бытовых проблем, нет языкового барьера. Это очень расслабляет. Самый мощный фактор — оказаться в 10% меньшинства. Именно так было во времена первой Эстонской республики, представителей других национальностей было около 10%, без всяких методик, учителей и репетиторов, специальных курсов все они говорили по-эстонски.

Возникает какая-то патовая ситуация, честно говоря. Есть ли из нее разумный выход?

Нужно качественно менять концепцию образования, когда «санитарным минимумом» будет свободное владение тремя языками, а овладение предметами будем максимально практическим, привязанным к реальной жизни. За все эти 30 лет не было создано общей адекватной работающей системы образования, поддерживающей объединение общества, где нет разделения на рынке труда и общественной жизни по национальности, а эстонский язык является lingua franca — языком общения, которые знают все, в том числе новые иммигранты. Ответственные за этот провал дилетанты от политики и государственного управления пытаются убедить общественность (и пока преуспевают в этом), что это не получилось не потому, что плохо сделали, а потому что просто русскоязычные не хотели и не хотят учиться. «Кто хотел — те давно уже язык выучили» — расхожая фраза, которая звучит как из уст эстонцев, так и многих говорящих на эстонском. И в последнем случае мы как раз имеем дело с «ошибкой выжившего летчика», который замечает лишь свои выдающиеся качества и волю, а не то, что по счастливой случайности оказался в центре позитивного влияния трех объективных факторов, главный из которых — среда общения, учебы и работы, на 90% состоящей из эстонцев, которые в конце концов тебя приняли. Системное решение должно вывести этот процесс из поля теории вероятности в программу успеха.

shareprint
Главный редактор «Новой газеты. Балтия» — Яна Лешкович. Пользовательское соглашение. Политика конфиденциальности.
Мы используем файлы cookie.
Политика конфиденциальности.
close

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.