logo
Новая газета. Балтия
Сюжеты · Общество

«Мы все люди, и неважно, какой у нас цвет кожи и откуда мы»

Беженец Вакас из Пакистана о том, как тяжело мигранту закрепиться в Литве

Ян Кимбаровский , корреспондент в Литве
Ян Кимбаровский , корреспондент в Литве

Вакас Ахмад на митинге в Вильнюсе. Фото: Ян Кимбаровский

На фоне войны России против Украины и последовавшей за ней волной украинских беженцев совсем давней и забытой кажется история мигрантов, которых Лукашенко использовал в целях гибридной агрессии на Евросоюз.
Эти люди до сих пор находятся в специальных закрытых лагерях. Мы не видим их на улицах, мы не слышим их голосов, мы не знаем их историй.

В международный день беженцев мы публикуем историю Вакаса, который попал в Литву через Беларусь в 2021 году.

В середине июня в центре Вильнюса прошел митинг, призванный обратить внимание властей и общества на проблему этих беженцев. Митинг организовала общественная организация «Boarder group» (Sienos Grupė). Самих беженцев на митинге было всего двое — большинство беженцев не могут выходить за пределы своего лагеря.

«Я влюбился в девушку, которая обещана другому»

Один из беженцев, которому удалось получить разрешение на передвижение по Литве, — Вакас Ахмад. Он родом из Пакистана. По его словам, на родине существовала угроза его жизни, поэтому он решил бежать. Первым местом назначения была Россия, однако легализоваться там не получилось. Тогда Вакас решил бежать в Европу, местом для такой возможности оказалась граница Беларуси и Литвы в августе 2021 года.

Причину побега из Пакистана Вакас описывает кратко — «угроза жизни». История Вакаса непривычна для жителя Запада.

«Я из большой семьи. У нас была своя земля, поэтому не нужно было тратиться на еду. Это позволило мне закончить университет. У меня две степени: бакалавр юриспруденции и магистр экономики. Все было ничего, но однажды я ошибся, очень сильно ошибся. Я влюбился в девушку, которая была обещана другому», — начинает свой рассказ Вакас.

Вакас Ахмад. Фото из соцсетей

«В Пакистане семьи (кланы) сами выбирают мужа дочери, и если та ослушается, то ей и её избраннику грозит смертная казнь. Обычаи сильнее любого закона или чувства. Мы очень сильно любили друг друга и решили бежать в другой город под страхом смерти. Мы сделали это, но счастье длилось недолго. Нас выследили. И однажды, вернувшись из магазина, я не нашел своей любимой. Её похитили родственники. Позже я узнал, что ее казнили. То же грозило и мне. Вскоре я улетел в Россию», — вспоминает мужчина.

Вакас хорошо говорит по-английски. У него нет больших проблем в коммуникации с людьми. Свой беженский путь он начал в апреле 2020 года, когда улетел из Пакистана в Россию. 16 месяцев он провел Москве, безуспешно пытаясь получить убежище. Всё это время он работал и сам обеспечивал себя. Но получить легальный статус беженца так и не удалось, всё шло к депортации на родину.

«Условия существования в России были ужасные, а российские полицейские и пограничники — это совсем не литовские», — замечает Вакас.

Тогда от своего брата Вакас узнал о возможности бежать в Европу и попросить убежища там. О деталях этого эпизода своей биографии пакистанец не рассказывает, но упоминает неких агентов, которые помогли всё это организовать.В августе 2021 года он бежал в Литву через Беларусь.

«Я решил бежать в Европу, потому что слышал о соблюдении прав человека здесь, о европейских принципах и ценностях. Я не хотел попасть именно в Литву, я хотел попасть в Европейский союз, ведь Литва является одной из стран ЕС», — объясняет беженец.

«Нас рассматривают исключительно как людей, засланных Лукашенко»

Вакас попал в лагерь Пабраде, где живет уже 10 месяцев.

«Я подался на беженство, как и многие мигранты, сразу как попал в лагерь.
6 месяцев моё заявление и документы рассматривали в Департаменте миграции, но в итоге отказали. Тогда я подал жалобу в суд и он встал на мою сторону. Суд посчитал, что отказ Департамента миграции неправомерен и отправил мое заявление на новое рассмотрение с учетом выявленных обстоятельств. Это дало мне право свободно передвигаться по Литве, но не дало официального статуса, не дало права на работу. Я до сих пор живу в лагере, в его открытой части», — говорит Вакас.

В каждом лагере есть открытая и закрытая часть. То есть можно получить разрешение на передвижение по Литве, но жить придется все равно в лагере до получения статуса беженца.

«Мне повезло, меня защищал частный адвокат, но для этого нужны немалые деньги. Boarder group (Sienos Grupė) наняли его для меня, и он развалил дело в суде. Это редкость. Многие беженцы работают с адвокатами, предоставляемыми государством, но они не заинтересованы в твоем деле», — замечает беженец.

«Это очень сложно — получить беженство. Тяжело доказать угрозу жизни. Как я могу доказать угрозу моей жизни? Я предоставил все документы, которые имею, но этого оказалось мало. 6 месяцев я ждал ответа от Департамента миграции, потом обжаловал этот отказ и теперь снова жду полгода, чтобы получить беженство. Это как пинг-понг между ведомствами», — жалуется Вакас.

Вакас говорит, что никакого обучения в лагерях не происходит. Не проводятся уроки литовского или английского языка. Это одно из обстоятельств, на которое указывают защитники мигрантов. Обучение может способствовать интеграции в общество, но его нет.

«Однажды приезжал Красный крест и провел один урок литовского, после этого молчание», — вспоминает беженец.

«По моим данным, сейчас в лагерях находится 2750 беженцев. Большинство из них не могут выйти из этих лагерей. Получили убежище всего 70-80 человек, некоторые из них уже живут вне лагерей и работают, по отношению к общему количеству это немного. К сожалению, и они не чувствуют себя в безопасности. Я знаю одного человека, который получил свободу, пробыл на ней 2-3 недели, его задержали и снова отправили в закрытую часть лагеря.Поэтому я опасаюсь за себя и стараюсь не светиться», — утверждает Вакас.

По данным МВД, сейчас в пяти центрах размещения беженцев в Литве остаются 2627 мигрантов. 130 мигрантов, пришедших с территории Беларуси, получили убежище в Литве, уже начат процесс их интеграции.

Читайте также

Читайте также

В Литве остаются более 2600 мигрантов, пришедших с территории Беларуси

МВД больше не собирается продлевать запрет на передвижение части из них

«Нам предоставили контейнеры, в которых мы живем. Власти доставляют нам еду, она не очень, однообразная, но они ее доставляют. До сих пор много людей в лагерях не имеют базовых медикаментов и медицинской помощи», — рассказывает мужчина. По мнению Вакаса, обязанность государства и общества — предоставить мигрантам, беженцам право на работу, жилье, еду.

Центр временного содержания беженцев. Фото: МВД Литвы

«Нас рассматривают только как людей, засланных Лукашенко. Но мы даже не знаем о белорусских решениях, мы не знаем Лукашенко», — считает мигрант. Вакас не понимает, почему отношение к мигрантам с Ближнего Востока иное, чем к украинцам, белорусам и россиянам. На деле белорусы, украинцы, россияне, бежавшие в Литву, обычно обладают визами или гуманитарными ВНЖ. В отношении них используется другой правовой режим.

«Многие из нас подавлены, глубоко подавлены, они потеряли окружение в котором они жили, им очень тяжело, в том числе психологически. Мы все люди, и неважно, какой у нас цвет кожи и откуда мы», — утверждает мужчина.

В будущем Вакас надеется получить разрешение на работу, остаться в Литве и начать трудиться.

#Литва
Главный редактор «Новой газеты. Балтия» — Яна Лешкович. Пользовательское соглашение. Политика конфиденциальности.
Мы используем файлы cookie.
Политика конфиденциальности.
close

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.