Сюжеты · Общество

«На самом деле война очень близко». Как Литва принимает украинских беженцев

Фото: Vilnius Go

В последние недели Вильнюс окрасился в сине-желтые цвета. Украинские флаги — на автомобилях, в окнах домов, в витринах кафе и магазинов. Литва, впрочем, оказывает не только символическую поддержку: балтийская страна приняла более 13 тысяч беженцев.

Правительство помогает украинцам легализоваться, найти работу, предоставляет медицинское обслуживание, бесплатный проезд в общественном транспорте. А простые литовцы заселяют в дома, покупают за свой счет еду, одежду, мебель.

«У вильнюсцев один вопрос: чем помочь?»

Улица Минтес в Вильнюсе, где организован регистрационный центр для беженцев, за последние дни преобразилась. В некогда тихий спальный район с утра до вечера приезжают сотни украинцев, которым помогают оформить вид на жительство, найти работу, подсказывают, как устроить детей в детсад или школу.

Перед дверьми — в основном женщины с детьми и пожилые пары. Выезд мужчин из Украины невозможен, да многие и не представляют, как в такое время покидать родную страну.

Фото: Александр Белоусов

Психологическое состояние у беженцев очень разное. Вот женщина сосредоточенно говорит по телефону — можно предположить, что это тревожный звонок на родину. Рядом пожилой мужчина расслабленно разговаривает с волонтером. Чуть поодаль мальчуганы пинают мяч, задирая друг друга. Маленькая девчушка пытается украдкой вытянуть конфету из пакета с красным крестом.

При виде детей на лицах взрослых иногда мелькают улыбки, и это хороший знак. Мир словно возвращается в их жизнь. Можно начать искать успокоение там, где небо не разрезают ракеты, не воют сирены, не разрушены жилые дома.

К регистрационному центру постоянно подъезжают автомобили, которые привозят бутерброды, пиццы, напитки.

Помимо волонтеров, приходят жители ближайших домов с одним вопросом: чем помочь?

В Литве страшные события в Украине воспринимаются как личная трагедия, которая перекликается с событиями в Вильнюсе в 1991-м году. «Война очень близко, в это время важно консолидироваться и проявить солидарность», — говорит в частном разговоре один из чиновников.

По последним данным Департамента миграции, в Литву прибыли более 13 тысяч беженцев из Украины, в том числе около 6 тысяч несовершеннолетних (1500 из них уже устроены в школы). Всем им пытаются помочь.

«Незнакомые люди предоставили кров, купили еду, а потом предложили деньги»

Обычная эвакуационная история, когда подруги или родственницы с детьми объединяются и вместе покидают страну, чтобы вместе искать жилье, работу, следить за детьми.

У Юлии и Елены, которые жили в Одесской области, именно такая история. Сначала вместе с детьми они переехали в Молдову. Не без труда добрались до Польши, а затем — до Литвы.

Объясняют, что с начала войны пришлось жить в постоянном страхе: сильный грохот от взрывов с первых часов нападения. Затем — паника. Дефицит продуктов и питьевой воды. Приходилось прятаться в подвалах, ждать неизвестно чего. Кто-то смог адаптироваться к тревоге и даже игнонирует предупреждения об авиаударах. Но подруги с трудом представляли жизнь в нересурсном состоянии.

— Пока мы были в Украине, регулярно объявляли тревогу, были слышны сирены, — рассказывает Юлия, которая жила в Черноморске. — Приходилось спать в коридоре, между несущих стен, потому что кровати стояли возле окон. Это очень страшно, когда не знаешь, что прилетит с воздуха. Оставаться в таком положении было невозможно.

Женщине помогают ее дети — 7-летняя дочь стоит в очереди для оформления документов. А 14-летний сын носит сумки к такси. В пакетах — еда, средства гигиены. Это Красный Крест предоставил помощь беженцам.

Фото: Александр Белоусов

Украинцы выглядят немного растерянными — признаются, что не ожидали такой помощи от литовских властей и общества. В экспресс-режиме сотрудники госучреждений консультируют и оформляют документы. Пока люди ждут своей очереди, им предлагают кофе, еду, а также занимают детей.

Говорят, теперь в каждом районе Вильнюса активизировались общины, готовые помогать прибывающим из Украины — жильем, работой, едой, деньгами… Это безусловно национальный подъем для литовцев, которые не просто сопереживают, а воспринимают беду как свою.

— Нас встретили со слезами на глазах! — говорит Елена, вокруг которой кружит двухлетняя дочь. — Пока мы ехали, решали вопросы через интернет — волонтеры нам посоветовали зарегистрировать заявку на жилье. Через некоторое время стали звонить и предложили трехкомнатную квартиру в Вильнюсе. Ее хозяева нас очень ждали, постоянно были на связи, беспокоились: где вы? как вы?

Подруги с трудом сдерживают эмоции, рассказывая о том, как их встретили незнакомые люди. Холодильник в квартире был заполнен продуктами, специально для гостей купили новую посуду, принесли ноутбук, чтобы дети могли смотреть мультфильмы.

Позже хозяева привезли постельное белье и игрушки, а также помогли оформить документы для вида на жительство.

— Чужие люди, предоставившие кров, не просто не взяли деньги, а еще предложили материальную помощь, — голос у женщин дрожит, кажется, вот-вот и они расплачутся.

Несмело, но собеседницы начинают строить планы: закончить оформление документов, устроить детей в школу и детсад, найти работу. На это и нацелена помощь Литвы — чтобы каждый беженец смог интегрироваться и не чувствовать брошенным на произвол судьбы.

«Российская агрессия накрыла нашу семью дважды»

Возле отделения Красного Креста в Вильнюсе тоже оживленно. С обратной стороны здания находится украинский дом. Со всего города сюда стекаются люди, которые несут вещи, игрушки, еду. Это, безусловно, общая эмоция.

Фото: Александр Белоусов 

Из дверей выходят две женщины и ребенок. У взрослых в руках пакеты с постельным бельем, девчушка прижимает к себе огромного плюшевого зайца.

Как оказывается, российская агрессия накрыла эту семью дважды. До 2014 года они жили в Донецке, где у них была квартира, работа и перспективы.

— Была мирная жизнь, прекрасный город, никто ни с кем не ссорился, — вздыхает Светлана, женщина постарше.

— Я учила украинский и русский язык, — подхватывает ее невестка Анна. — Кто-то говорил на суржике (смесь двух языков). А потом…

Родной город пришлось оставить, выехав с минимумом вещей. С горечью женщины рассказывают, что в квартире теперь живут незнакомые люди: «Грубо говоря, дом у нас отжали. Туда приехали россияне, которые забирали понравившееся жилье».

Семья переехала в Киев, где снимала квартиру. Постепенно стала привыкать к городу, получила минимальную помощь, родилась дочь. Пока вновь не заревели сирены, не заверещали смартфоны, не открылись двери бомбоубежищ.

— До начала марта мы оставались в городе, — вздыхает Анна. — Жили фактически в подавле гимназии. В паузах между тревогой бегала домой, готовила еду — и назад. Сначала горячим кормили детей, что оставалось — раздавали между взрослыми.

Воспоминания даются с трудом, мои собеседницы делают длинные паузы, говоря о диверсантах, попытках захватить ТЭЦ, бомбежках. Для многих из нас это страшные новости в интернете, для Анны со Светланой — личные переживания.

— Уезжая, я хотела оградить дочь, — признается украинка. — Однажды, когда бахнуло особенно сильно, она очень перепугалась. Вцепилась в руку и уже не отпускала. На лице постоянно были слезы. Как такое терпеть?

Фото: Александр Белоусов

Муж Анны остался в Киеве, а женщины с ребенком эвакуировались во Львов: в чем были, в том и поехали. Там удалось попасть на автобус, который направлялся в Литву.

— Через Красный Крест нашли человека, который согласился поселить в свою квартиру, — продолжает Светлана. — Приехал специально из Вильнюса, отвез, помог продуктами, средствами гигиены. Говорит: отдыхайте, будем помогать. Сбросил информацию о детских садах, где есть русскоязычные группы; о курсах литовского языка.

В этот момент наш разговор прерывает женщина, которая извиняясь, спрашивает, не нужно ли ребенку еще одно одеяло.

— Нужен матрас, — растерянно отвечает Анна.

— Детский? — обрадованно переспрашивает женщина. — Я могу привезти, у меня есть из детской кроватки.

Ощущение, что весь город пытается хоть чем-то помочь прибывающим украинцам. В эти дни оставаться в стороне и, правда, тяжело.

— Сначала надо устроить ребенка в сад, а потом буду искать работу, — делится планами Анна, когда мы продолжаем разговор. — В Украине я занималась рекламной продукцией — печатные издания, полиграфия, сувениры.

У Светланы — большой опыт работы в гостиничном сервисе. В центре Киева ее компания сдавала квартиры.

Фото: Александр Белоусов

Как утверждают в Департаменте миграции, сейчас делается все, чтобы украинские беженцы могли найти достойную работу: «Специалисты службы занятости консультируют в центре для беженцев в будние дни. Там их регистрируют, распространяют информационные материалы на украинском языке».

С 1 марта литовские работодатели могут трудоустроить украинских беженцев без дополнительных процедур, а сами они не обязаны регистрироваться в службе занятости.

На кризис отреагировали более 700 работодателей, которые готовы трудоустроить граждан Украины. Каждый третий уверяет, что предоставит жилье и гибкие условия труда женщинам с детьми. Наибольшее количество предложений поступило из производственного сектора. Также работу предлагают супермаркеты, отели, рестораны и многие другие организации.

«В пять утра позвонил отец и сказал, что стали бомбить»

Встретить украинцев в Вильнюсе сейчас можно повсюду. Машин с номерами «UA» на дорогах стало заметно больше. На улице все чаще можно услышать украинскую речь.

С Евгенией, которая в последние годы жила и работала в Днепре, мы говорим в школьном дворике. Она ждет коллегу, которая отправилась устраивать ребенка в местную гимназию.

— В пять утра позвонил отец и сказал, что стали бомбить Николаев, — девушка рассказывает о том, как узнала о начале войны. — А через десять минут был удар по нашему аэропорту, возле которого мы жили. Раздался сильный звук, задрожали стекла… В панике стали быстро собираться. Выехали в Западную Украину, где жили полторы недели. Наши мужья вернулись в Днепр — нужно работать, там осталось имущество, квартира, а мы с коллегой взяли машину и приехали сюда с ребенком.

Компания, в которой работают украинки, имеет два офиса — в Днепре и Вильнюсе. Это предопределило выбор Литвы в качестве страны для временной (?) жизни: «Если бы не было работы, то не знаю, как мы бы существовали. Нам бы только с квартирой решить вопрос — сейчас с этим сложности».

Девушка говорит, что к волонтерам и в центр беженцев не обращалась: есть те, кому помощь нужнее. Но не исключает, что все же придется — спрос на арендное жилье существенно вырос, а жить в гостинице слишком дорого.

Однако все бытовые проблемы меркнут на фоне переживаний за мужа: «Мы с ним на постоянной связи. После начала войны было сравнительно тихо. Но три дня назад возобновились обстрелы. Один снаряд попал в обувную фабрику, другой — в детский сад. Работает система ПВО, но не все ракеты удается сбить. Сирены звучат регулярно».

Наш разговор приходится прервать: в калитке появляется коллега Евгении, которая радостно сообщает, что дочь приняли в школу. Наблюдаю, как маленькая радость после череды страшных дней возвращает к жизни людей, едва не потерявших веру в гуманность.

Над Вильнюсом возвышается знаменитая телебашня, которая стала одной из принципиальных точек противостояния между литовцами и советскими войсками в 1991-м году. Сейчас по вечерам она подсвечена в желтые и синие цвета, как напоминание о том, кого поддерживает балтийская страна. Потому что это борьба не только за независимость Украины, а за весь цивилизованный мир.

#Литва

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.