На последнее слово Афанасьева я наткнулась в августе 2023 года, и оно меня очень задело. После 25 лет в профессии он говорил о журналистике с такой страстью и любовью, с какой, мне казалось, о ней могут говорить только молодые люди (которые еще не успели осознать свое бессилие). Я читала его последнее слово и поражалась тому, что совершенно незнакомый, взрослый коллега рассуждал о журналистике с таким же трепетом, как и я на первых курсах университета.
Я стала искать статьи о нем — после того, как появилось дело Афанасьева, про него не написал только ленивый, — и из всего выходило, что все 25 лет работы он был идеальным журналистом-одиночкой, который всё всегда делал безупречно. Этот образ казался мне не живым, а каким-то картонным. Мне захотелось под этим ворохом восхвалений найти его настоящего.
Чтобы сложить картинку, я много переписывалась через «ФСИН-письмо» с самим Афанасьевым, поговорила с его близкими и просто знакомыми. Ответы на многое, о чем хотелось у него спросить, я нашла в его соцсетях, там он писал о себе очень подробно. Постепенно мне удалось собрать объемный образ Афанасьева — совсем не героя, а просто человека, который жил на окраине Абакана и упрямо делал свое дело.
Мне врезалось в память, как один из преподавателей на журфаке однажды сказал: «О чем бы журналист ни писал, он всегда пишет о самом себе». По выбору тем, которые волнуют репортера, и по манере рассказывать о людях можно очень многое понять про него самого, даже если это текст не от первого лица. Можно узнать, что его волнует и задевает; насколько громкой история должна быть, чтобы он взялся о ней писать.
В редакцию каждого федерального издания ежедневно за оглаской обращаются десятки людей. Многим из них журналисты отказывают — по-разному объясняя это, хотя в большинстве случаев из-за понимания: горе, которое с людьми случилось, недостаточно резонансное и на нем не собрать много просмотров.
«Миша не мыслил в этой парадигме, — говорит мне журналист Сергей Ерженков, который долгие годы дружит с Афанасьевым. — У него была площадка — интернет-журнал — и большой запас сострадания, а на пороге его дома вечно стояли отчаявшиеся люди, которым больше не к кому было пойти. Вот он про них и писал».