На новом месте

На новом месте

3 ноября 2020 11:48 / Общество / Теги: Беларусь, Литва / Города: Вильнюс

В середине августа Литва открыла гуманитарный коридор для белорусов. Решение было связано с жестким подавление мирных протестов после выборов 9 августа. Гуманитарный коридор позволяет въехать в страну с разрешения министра внутренних дел. К 21 октября Литва разрешила прибыть 507 гражданам Беларуси по гуманитарным причинам — 139 из них приехали. Какие причины заставляют людей бежать по гуманитарному коридору? Как проходит переезд? С какими проблемами сталкиваются релоканты на новом месте, и кто им помогает?

Сергей Кравченко

Речица — Гомель — Вильнюс

Сергей Кравченко выехал из Беларуси вместе с женой и двумя детьми после того, как ему сообщили о готовящемся уголовном деле против него. В Литве семья живет месяц.

В Речице Сергей работал на «Беларусьнефти». Он записал видеообращение к коллегам и призвал их думать своей головой и на основании своих решений действовать — власти сочли это призывом к массовым беспорядкам. Сергей и его семья активно не участвовали в политической жизни — они изредка делали посты в социальных сетях, и на этом активность заканчивалась. «У нас двое маленьких детей, тут уже без вариантов: было страшно, да всем страшно», — говорит Сергей.

Все изменилось после того, как в СМИ начала появляться информация о насилии против демонстрантов.

«Сложно было смириться, что такое происходит в мирной стране. Мы решили, что нужно что-то делать. Мы с женой начали выходить и стоять в цепях солидарности. Был марш за независимую Беларусь в Речице: с населением в 66 тысяч человек вышло по минимальным подсчетом 2 тысячи человек. Я на марше нес герб «Погоня» весом в 20 кг — нашел у деда. Руки жестко затекали, но я понимал, что не отпущу его. Где те 80%, которые якобы голосовали за Лукашенко?», — рассказывает Сергей.

Мужчина решил записать видеообращение к коллегам. Сергей призвал их думать своей головой и на основании своих решений действовать. Одновременно он попросил начальника об увольнении и на всякий случай уехал с семьей из Речицы к родственникам.

«Я не диктор, не журналист. Записывая видео, я нервничал, где-то боялся, некоторые вещи говорил неправильно. Властям было важно зацепиться за каждую деталь. В видео я призвал коллег задуматься, не поддаваться пропаганде, проанализировать ситуацию и решить для себя: сидеть сложа руки или действовать. Под словом действовать я подразумевал высказывание своего мнения, но мне приписали статью, что я агитировал людей выходить на улицы», — рассказывает Сергей.

Позже с ним связались люди из «Страны для жизни» — проекта Сергея Тихановского. Сергея Кравченко предупредили, что нужно ехать не к родственникам, а куда-нибудь дальше. Сергей решил ехать в Гомель — хотел снять квартиру и особо не светиться. Но раздался еще один звонок: «Сергей, надо уезжать. Тебе грозит уголовная ответственность». Сейчас в Беларуси на Сергея открыто уголовное дело.

Переезд в Литву

Семья решила ехать в Литву по гуманитарному коридору. На белорусской границе их выпустили без особых проблем.

«На белорусской границе мы дали паспорта: виз у нас не было. Мы сказали, что есть договоренности на литовской стороне. Пограничники говорят: хорошо. И отдают три паспорта: жены и детей. Мой паспорт забирают. Жена поцеловала меня в лоб и сказала: мы тебя любим. Мы понимали риски и заранее договорились, что, если меня снимут, жена с детьми уедет в любом случае. Все обошлось, мой паспорт проверили и вернули», — рассказывает Сергей.

На литовской границе семья с двумя детьми провела более пяти часов. 

«Тогда это было что-то новое: приезжающие по гуманитарному коридору. Мы сообщили, что едем в Литву с гуманитарными целями и мы внесены в списки, эту информацию начали проверять. Нас разместили в отдельной комнате. Мы там провели долгое время с детьми, пока ждали оформления. Ждали более пяти часов. Меня приятно удивила культура общения в Литве: пограничники помогали заполнить нужные документы, вежливо все объясняли», — вспоминает мужчина.

В Литве с семьей Сергея связалась организация белорусов Литвы «Дапамога». Они забронировали для Сергея и его семьи гостиницу, где семья должна была пройти 14-дневный карантин. Однако жить в гостинице с детьми 1 и 3 лет неудобно — дети шумят и мешают другим постояльцам. Знакомые Сергея предложили остановиться на их даче, где семья провела карантин. После карантина семья сняла квартиру. «В Литве сложно снять квартиру, когда есть дети. Арендодатели узнают о детях в возрасте одного и трех лет и отказывают», — говорит Сергей.

Ментор от «Дапамоги» помогла семье с визитом в миграционный департамент и с оформлением документов. Сейчас Сергей ожидает национальную визу, которая позволит ему работать. Без оформленной визы работать нельзя.

«Работу я потерял. Жену пока не уволили — она в декрете. В Литве искать работу я пока не могу: жду оформления национальной визы. Я уже звонил по некоторым объявлениям. Я электромонтер по образованию, в некоторых местах мне уже сказали, что готовы принять на работу, когда будут готовы документы. И здесь еще кстати одна сложность: чтобы устроиться на работу, нужна справка о несудимости. Которую нужно взять в посольстве. Я понимаю, что в лучшем случае меня просто пошлют в посольстве, а в худшем — работа уже не понадобится», — рассказывает мужчина.

Среди сложностей миграции Сергей называет стресс и финансовый вопрос.

«Трудность эмиграции — это невероятный стресс. Когда без визы пересекаешь границу с детьми, думаешь, как это пройдет. Уже в Литве мы поняли, что здесь цены намного выше. Мы не прочувствовали этих трудностей полностью, потому что приехали с какой-то суммой денег. Белорусские фонды солидарности сейчас нагружены, пока рассматриваются заявки, помощи нужно ждать. Если бы мы приехали вообще без денег, нам бы, конечно, помогли, я уверен в этом. «Дапамога» связывалась с нами, спрашивали, нужны ли вещи или что-то еще», — рассказывает Сергей.

На вопрос о возможном возвращении в Беларусь мужчина отвечает просто: это зависит от развития ситуации в стране.

«Я честно верю в то, что в Беларуси наконец-то уйдет тот, кто не должен находиться на своем посту. Беларусь окажется на пути становления — долгим ли будет этот путь, неизвестно. Белорусы сейчас как никогда солидарны, они сплотились. Может, становление пройдет быстрее. Где бы ты ни был, лучше, чем на Родине, нигде не будет. Я хочу жить, хочу вырастить своих детей. Если ситуация будет растягиваться, скорее всего я обустроюсь в Литве, начну укореняться, возможно, буду приезжать в Беларусь к родственникам. Но я верю в белорусский народ», — говорит Сергей.

Павел Соболь

Новолукомль — Эйшишкес — Вильнюс

Павел Соболь переехал в Вильнюс примерно два месяца назад. Буквально несколько дней назад он перевез жену и детей — в Беларуси ими заинтересовались органы опеки.

Павел работал на ГРЭС в Новолукомле. Мужчина участвовал в маршах в поддержку Светланы Тихановской и активно давал интервью СМИ — которые замечало и его начальство. В родном городе Павел активно участвовал в протестном движении. Его осудили в административном порядке на 5 базовых величин (около 44 евро — прим. НГ), пообещав, что это цветочки — но будут и ягодки. Его пригласили в РУВД писать какую-то бумагу. Павел не пришел, сославшись на работу.

«Минут 40 собирал вещи, документы. Поцеловал жену и одного ребенка из двух, потому что второй гулял. И отправился на границу. Мне дали понять, что будет заведено уголовное дело. Сейчас оно уже заведено — за организацию массовых беспорядков», — рассказывает Павел.

Переезд в Литву

На белорусской границе Павла не хотели выпускать из страны — спрашивали, где виза, с какой целью он едет.

«Я отвечал, что меня ждут на литовской стороне люди из консульства: словом, придумывал какие-то левые истории и было видно, что пограничники мне не верят. В итоге ко мне вышел начальник смены. Я попросил его: брат, подними шлагбаум, а дальше я сам. Он усмехнулся и сказал: хорошо, но через 20 минут ты окажешься тут же. Но, как видите, меня не выслали назад», — вспоминает Павел.

На литовской границе оформление документов заняло полтора дня. Павел приехал в Литву в ночь с пятницы на субботу и считает, что задержка была вызвана выходными — возможно, в будние дни процесс прошел бы быстрее.

«Тогда еще не было организации «Дапамога», не было договоренностей пограничников, МВД и МИД Литвы. Я был одним из первых, кто ехал. Первое, что нам сказали: не переживайте, вы в безопасности, теперь будем думать, что делать. Мне предоставили помещение, с кроватью, чайником, микроволновкой, обеспечивали еду. Все было отлично. Спустя полтора дня я получил обычную туристическую визу», — рассказывает он.

Павел переезжал в Литву вместе с другой семьей из Новолукомля — отец этой семьи, в отличие от Павла, пришел в РУВД — там его пытались склонить к сотрудничеству, проще говоря, предлагали «сдавать» протестующих. На границе у них попросили указать адрес для самоизоляции — знакомая Павла по онлайн-игре живет в Литве и помогла с домом в Эйшишкес. В печном доме не было дров и вообще никакой мебели — спали на полу, укрываясь занавесками. Утром соседский парень купил для Павла литовскую сим-карту с интернетом. По запросам о Вильнюсе через соцсети Павел вышел на Наталью Колегову — белоруску, владелицу бизнеса в Литве, которая сейчас является директором организации «Дапамога».

«В Вильнюсе Наталия Колегова поселила нас в апартаменты ее компании Natalex. Начался другой период: полностью окруженный заботой. Я помню, Наталия сказала — мы можем помогать через фонды, но хотелось бы помогать точечно людям, испытывающим проблемы. Мне это запомнилось, потому что в итоге была создана организация «Дапамога», и ее изначальная цель была именно такой», — рассказывает Павел.

В Новолукомле мужчина работал на ГРЭС — это крупнейшая электростанция Беларуси. Штат — около двух тысяч человек, это градообразующее предприятие, это хорошая работа с хорошей зарплатой.

«Работу я потерял. Говоря словами моего начальника, революционер не может работать. Литовского языка я не знаю, более-менее знаю английский. У меня были накопления в Беларуси, я также получил выплаты от фонда BySOL. Сейчас я ищу работу, есть варианты. Если бы у меня получилось работать и совмещать борьбу с режимом, это было бы прекрасно. Но мы люди взрослые и понимаем, что в какой-то момент деньги закончатся. Поэтому у меня есть варианты простых рабочих специальностей, на которые я могу устроиться хоть на следующий день», — говорит Павел.

После того, как к Павлу приехала семья, он поговорил с директорами русской и белорусской школ Вильнюса. Обе школы готовы принять детей на обучение.

«Пока выбираем школу: выбираем только по местоположению квартир. Ребенок после изоляции сразу пойдет в школу. Ответ директора Белорусской гимназии им. Франциска Скорины был такой: мы не принимает посреди года детей, но мы понимаем, какая сейчас ситуация и мы, конечно, вас примем», — рассказывает мужчина.

Сам Павел записался на курсы литовского языка. В его планах — освоить язык за год. «Я в другой стране и должен жить по правилам этой страны и не доставлять дискомфорта. Литва предоставляет белорусам возможность приехать по гуманитарному коридору и получить визу D. Этого более чем достаточно», — поясняет Павел.

Если перемены в Беларуси произойдут вскоре, Павел планирует вернуться домой.

«В Беларуси сейчас есть термин: до победы. Если победа наступит в ближайшее время, я буду первым, кто вернется в Беларусь. Если это затянется на длительный период времени, я не смогу во второй раз перевозить семью: мы говорим не обо мне одном. Я сомневаюсь, что это этично по отношению к семье, каждые несколько лет менять страну», — говорит мужчина.

Анастасия Шейбак

Минск — Гродно — Литва

Анастасия Шейбак с мужем попали в изолятор на Окрестина 11 августа. Пара возвращалась с протеста в машине добровольцев-медиков, которые помогали протестующим.

«Когда мы подъезжали к дому, нас остановил спецназ «Алмаз» — сейчас я это понимаю, это был не ОМОН. Мы повернули к нам во двор, но потом подумали, может быть им нужна медицинская помощь, потому что много людей лежало головой в асфальт. Мы тогда еще не понимали, что происходит: я подумала, может какая авария случилась. Когда они увидели крест на машине, бросили светошумовые гранату. Подбежали, автоматы в лицо, все на асфальт», — вспоминает Анастасия.

Девушку осудили на 11 суток, но отпустили раньше. Она сразу позвонила мужу — его телефон был отключен: это означало, что он все еще в изоляторе. Муж Анастасии вышел только на следующий день. «Он первым делом спросил, били ли меня. Я ответила: нет. Спросила, били ли его. Он ответил: все хорошо. Потом началась истерика. Муж был в невменяемом состоянии. Перед тем, как его отпустили, всю их камеру разделили на две части. Половину отпустили, вторую половину куда-то увели. Мой муж решил, что вторую группу парней повели избивать до смерти», — рассказывает девушка.

Переезд в Литву

После изолятора муж Анастасии снял побои и подал заявление в следственный комитет о применении пыток. Пара проконсультировалась с адвокатами и узнала о практике, что в таких случаях СК часто заводит уголовные дела в ответ. Муж Анастасии сказал: нужно уезжать. Сначала пара хотела уехать в Польшу, но на границе им предложили подаваться на убежище.

«Статус беженца подразумевает, что у нас забирают документы, мы какое-то время не будем иметь права работать. К такому я была не готова. Мы вернулись в Беларусь. Через сутки мы купили билет на маршрутку в Литву. Днем позвонили в литовское консульство, написали письмо на е-мейл. Пришел ответ, что нас ждут в 9.30 утра по нашему вопросу в консульстве. Муж сказал, что не хочет ждать, что у нас есть виза, а в случае чего будем просить убежища. Главное — уехать. Мы приехали на литовскую границу, рассказали ситуацию. Ночь мы провели на границе в комнате для беженцев, попросили описать причины, по которым мы просим гуманитарный коридор. Утром нам все одобрили, и мы въехали в Литву», — рассказывает Анастасия.

В Литве у пары есть знакомый, который предложил остановиться в квартире, где он сам не живет. Молодые люди приняли его предложение — пара живет на сбережения и не обращалась ни в какие фонды: по крайней мере пока.

«Финансово у нас сейчас не супер. Я оставила работу, муж зависим от клиентуры в Беларуси. У нас есть сбережения, и мы на них сейчас живем. У меня в Беларуси социально-благотворительное учреждение, мы собираем ненужные вещи у людей. Часть отдаем на благотворительность, часть продаем. Сейчас пытаюсь дистанционно организовать процессы, но это очень сложно: где-то нужна печать, где-то нужно подъехать. Мой муж — юрист в области IT, он может теоретически найти клиентов онлайн, но все равно после переезда у него стало мало клиентов. Мы в любом случае первый месяц не могли работать: приходили в себя. Только сейчас мы как-то более-менее реабилитировались психологически и физически», — делится Анастасия. Пара не исключает, что вернется в Беларусь, когда это будет безопасно.

«Будем смотреть по ситуации. Пока это небезопасно. Мы с мужем много даем интервью, рассказываем о случившемся. Наш план: податься на национальную визу и смотреть на ситуацию в Беларуси. Беженство мы пока не рассматриваем — это крайний вариант, если в Беларуси ничего не поменяется. Тогда мы не сможем вернуться. Но я не думаю, что так будет: все изменится, это стопроцентно», — говорит девушка.

«Дапамога»

Наталия Колегова переехала в Вильнюс из Беларуси достаточно давно. Сейчас у нее свой бизнес в сфере аренды апартаментов. Наталия в частном порядке помогала первым релокантам, позже к ней присоединились волонтеры — так появилось объединение белорусов Литвы Dapamoga. Сейчас у «Дапамоги» — 120 подопечных, еще 10 — на подходе. В разговоре Наталия называет свою деятельность «личным списком Шиндлера».

Наталия Колегова, фото со страницы в Facebook

«Они приехали с невероятной верой. Все, что нужно сделать — протянуть им руку. А почему тот же самый Шиндлер начинал с бизнеса и перешел в совсем другую деятельность? Я просто иначе не могу», — говорит Наталия.

Ее помощь релокантам началась с 29 августа. «Люди нашли наши апартаменты в социальных сетях. Позвонили и спросили: вы можете нам помочь? Мы перешли границу сами и находимся в Эйшишкес. Мы ответили — хорошо. Приехали за ними. Люди до этого даже ни разу не были за границей, они из маленького города Новолукомль в Витебской области. Захотелось им помочь, мы поселили их в своих апартаментах. Они не просили о том, чтобы их приняли бесплатно. Денег, конечно, они заплатить не могли — у них было на всю семью 200 евро и надо было думать, как дальше им существовать», — вспоминает Наталия.

Позже были встречи с представителями государственных органов Литвы: из Департамента миграции, из пограничного комитета. В то же время простые люди подхватили идею помощи переехавшим — так образовалась инициатива менторства, когда за каждой переехавшей семьей закрепляется человек, помогающий по насущным вопросам: от поиска жилья и оформления документов до покупки еды и необходимых вещей.

Организация «Дапамога» существует только на пожертвования. Часть помощи насчет проживания идет из нашего с мужем, так сказать, семейного фонда. Остальные вещи — это только пожертвования. Каждый евро идет только беженцам. У нас нет штата работников, все они — волонтеры, их услуги бесплатны», — поясняет Наталия.


На вопрос о том, с какими проблемами сталкивается организация и переехавшие, Наталия отвечает четко: это разница между приехавшими за убежищем и по гуманитарному коридору. И этот вопрос — финансовый.


«Нам не хватает принципиального решения уровнять в правах беженцев и приехавших по гуманитарному коридору, чтобы снизить на них финансовую нагрузку. Это вопрос, который я всегда поднимаю — разница между гуманитарным коридором и беженством. По сути, это одни и те же люди. Гуманитарный коридор и виза D дают возможность людям сразу работать. Но это платная услуга. Виза D стоит 60 евро, страховка на ребенка — около 200 евро, на взрослого — около 80 евро. При беженстве все это делается бесплатно. Чаще всего у людей просто нет денег на эти услуги», — поясняет Наталия.

В целом директор «Дапамоги» отмечает, что решить бытовые вопросы переехавшим реально: с визой D можно открыть счета в Paysera или Revolut — эти площадки достаточно легко работают с иностранцами.

Найти работу и русскоязычные школы для детей тоже реально. «С работой, если мы говорим о физическом труде, есть варианты. Если ты был менеджером, надо понимать, что полгода придется поучить язык, поработать в другой области, может даже физически. Я тоже приехала 20 лет назад и не стала сразу хозяйкой бизнеса — были разные моменты», — говорит Наталия.

Директор «Дапамоги» предлагает не фокусироваться только на Вильнюсе и рассмотреть возможность переезжать в другие города Литвы. У организации уже есть опыт успешного размещения релокантов в регионах.

«Одна семья бежала из Жлобина, они там занимались правозащитной деятельностью и помогали людям, оказавшимся в сложной ситуации. У них трое совсем маленьких детей. В один день папу прямо в детском садике на глазах у ребенка положили лицом в пол, чтобы забрать ключи от квартиры и вынести оттуда оргтехнику. Готовились документы на изъятие детей. Мы очень быстро помогли им с документами, они прошли границу, и мы их отправили на карантин с последующим проживанием в Лентварис. Когда там оказались первые белорусские беженцы, огромное количество местных начали помогать — кто-то овощами из своего сада, кто-то сушилку, кто-то телевизор. Сейчас человеку уже подыскивают работу. Ленварис — очень близко к Вильнюсу, проживание там комфортное, есть школы, детские сады, в том числе русскоязычные. Литва — маленькая страна, можно немного рассредоточиться и посмотреть, где комфортнее», — рассказывает директор «Дапамоги».

При поддержке: Медиасеть

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Вы можете оставить комментарий, авторизировавшись.