Набережная скорби: какой стала французская повседневность

Набережная скорби: какой стала французская повседневность

16 июля 2016 09:54 / Общество / Теги: теракт, Франция / Города: Париж

​Ожидание праздничного салюта, приуроченного ко Дню взятия Бастилии — Национального праздника всех французов — стало ежегодной традицией для многих. Этот год не был исключением. Опустошенные после прошлогодних терактов в Париже и мартовских взрывов в Брюсселе, парижане в этот день хотелось лишь одного — усесться с друзьями на Марсовом поле у подножья Эйфелевой башни, где в этом году Национальный оркестр Франции и хор Radio France устроили грандиозный концерт под названием «Париж — это праздник». Или же забраться на какую-нибудь крышу и смотреть на звезды, пить розовое вино и с нетерпением ждать традиционного фейерверка.

За час до полуночи Париж и другие французские города наблюдали за красочным спектаклем. В столице или провинции, на Марсовом поле или у телеэкрана, на террасах парижских османских зданий и туристических смотровых площадках с видом на ночной город, увидев который впервые, если не «умирают», то влюбляются точно.

Для тех, кто в этот вечер был далеко от Парижа, вместе с друзьями мы транслировали картинку салютов на своих страницах в соцсетях.

Но что-то пошло не так. Экстренные сообщения: посыпались первые «твиты» с хэштегом #Ницца. Никто не понимает, в чем дело.

По главному национальному телеканалу по-прежнему прямая трансляция с Марсового поля. Эйфелева башня под залпы фейерверков все еще переливается всеми цветами радуги. В Париже по-прежнему праздник. Но первые кадры с Английской набережной средиземноморской Ниццы повергли в шок. Веселье закончилось.

Лишь спустя полчаса, а то и позже, французские телеканалы выйдут в эфир со спецвыпусками, посвященными событиям на юге Франции. Многие медиа, видимо, оказались попросту не готовы: в стране отпускной период, полупустые редакции, за новостным потоком следят едва начавшие работу стажеры. Винить некого, да и с безграничным потоком информации в интернете необходимости в телевизоре не было.

Уже спустя полчаса Эйфелева башня, освещенная цветами французского триколора, погасит свои огни. Многие начнут возвращаться домой, Елисейские поля к 2 часам ночи и вовсе опустеют. Такого 14 июля Франция не знала.

Садишься в «убер» вместо метро. Просишь шофера выключить музыку. Возвращаешься домой и все еще читаешь последние сводки. К утру число погибших возрастет до 84 человек, десятки в критическом состоянии.

Журналисты со всего мира торопятся попасть в Ниццу. Чрезвычайное положение, введенное после терактов 13 ноября, продлено еще на три месяца. Пятая республика погружается в трехдневный траур после третьего варварского теракта за последние 18 месяцев.

После теракта против «Шарли Эбдо», взятия заложников в кошерном магазине, расстрела «Батаклана» и террас парижских кафе, в напряженной атмосфере задыхаешься от вопроса: «Неужели теперь нужно будет привыкать к такой новой повседневности?» «Нет, никогда», — кричат голоса в социальных сетях.

Многие пишут: «Пережили январь и ноябрь — и сейчас переживем». Возможно.

После расстрела карикатуристов и взятия заложников в «Hypercacher», убийства полицейской в столичном пригороде, весь мир был прикован к событиям в Париже. «Республиканский марш» объединил всю Францию и взял за руки даже враждующих между собой мировых лидеров. Тогда 20 человек погибли, 22 были ранены. Многие назвали себя «Шарли».

Ноябрьские нападения исламистов унесли жизни 130 человек, покалечив 352. Во многих странах французские посольства были усыплены цветами в память о жертвах терактов. Во многих мировых столицах культовые здания подсветились цветами французского флага.

Под колесами кровавого фургона в этот четверг, 14 июля, погибло 84 человек, две сотни получили ранения.

Пока неясно, связан ли водитель фургона — 31-летний Мухаммед Лауайудж Бухлель — с террористической группировкой «Исламское государство». Политкорректность французских политиков обязует осторожничать в каждом выступлении. Поэтому лишь спустя ночь президент Франции Франсуа Олланд назвал случившееся в Ницце терактом. Ультраправые силы, в свою очередь, не медлили с реакциями: лидер крайне-правой партии «Национальный фронт» Марин Ле Пен сразу же призвала бороться с «исламистским фундаментализмом».

Сегодня к французским посольствам во всем мире небезразличные несут свечи. Также, как в прошлом году.

Может показаться, что на самом деле таковой стала наша новая реальность. Французские политики от безысходности продлевают ЧП. Многим это кажется очередной панацеей от терроризма. И все же, трудно сказать, что еще должно произойти, чтобы политические речи воплотились в действия.

Ницца, Париж, Брюссель, Стамбул, Каррада, Дакка, Лахор. Все они стали городами-побратимами по несчастью.

Флаги приспущены, Эйфелева башня сегодня блекнет в синих цветах национальной скорби.

 

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Вы можете оставить комментарий, авторизировавшись.