Бойкот для казнокрада
Фото: Pixabay.com

Бойкот для казнокрада

6 апреля 2016 13:10 / Авторские колонки / Теги: коррупция, рейтинги / Города: Рига

Казнокрадство — один из основных столпов, на которых покоится грандиозное здание коррупции. Примечательно, что запускать руки в государственный карман формально осуждается повсеместно, но вот общественная оценка и готовность противостоять этому разница от страны к стране. И тому есть вполне объективные причины. 

Разными полюсами в этом смысле могут считаться Россия и Финляндия. Одна страна занимает 119 место в списке распространения коррупция, другая является мировым лидером по ее отсутствию. Многие россияне завистливо смотрят на финнов, восхищаясь их порядком и раздражённо сокрушаясь по поводу нравов, царящих в своих палестинах.

Про нравы российского чиновничества, которое при каждом удобном случае стремится запустить руки в казну, чтобы путем более-менее изящного «распила» прибрать ту или иную сумму не писал только ленивый. Точно так же в русском информпространстве полно восторженных описаний финских «кейсов», когда должностные лица теряли свои кресла за прегрешения, которые в России вообще за казнокрадство не почитаемы.

Помнится, с каким удивлением обсуждали более десяти лет назад мои российские коллеги историю, случившуюся с бывшим министром обороны Финляндии Яном-Эриком Энестамом. Он, отправляясь в инспекционный полет на вертолёте ВВС, нарушил график движения, вылетев ранее, чтобы иметь время покататься на яхте. Это заинтересовало канцлера юстиции, который увидел в таком использовании вертолета (с экипажем) нарушение — ведь несколько часов пребывания вертолета вне базы с экипажем не были необходимостью, и таким образом государственному карману был нанесен ущерб.

Здесь важно то, что господин министр обороны мог бы сделать все официально — арендовать вертолет и внести деньги в кассу за нецелевой простой — но сделать это надо было ДО своего полета.

Для финского официального лица разоблачение в действиях такого рода чаще всего грозит штрафом, увольнением, но главное — потерей репутации. От него могут отвернуться даже его вчерашние друзья. И вот это — совершенно нереальная ситуация как для России, так и даже для большинства европейских стран — за исключением Скандинавии.

Секрет экстремально нетерпимого отношения скандинавов и финнов к казнокрадству заключается в том, что им удалось в ходе социальной эволюции не допустить отчуждения восприятия личных и государственных средств. Проще говоря — финн и его скандинавские соседи воспринимают каждый грош в государственном кармане как свой собственный. 

В то же время в России или в странах Восточной Европы такого ощущения нет. Деньги казны и свой карман не воспринимаются как часть чего-то общего.

И дело здесь не в том, что в Северных странах все сами платят свои налоги. Во-первых, это просто не так. Я платил налоги как наемный работник, а сейчас — как самозанятое лицо.  Работая по найму я, как и мои финские коллеги, не должен был сам рассчитывать налог и осуществлять платеж — это делала бухгалтерия. Разница была в том, что они всегда интересовались, сколько они платят, в связи с тем, что налог прогрессивный, и возможна ситуация, когда дополнительный заработок брутто окажется в итоге менее выгодным.

Самое главное отличие было в другом — мои финские коллеги и друзья с детства воспитывались с сознанием того, что все, что имеет государство, — это часть из их личных доходов, собранных со все трудящихся людей страны: коммерсантов, рабочих, фермеров... Каждый трудящийся финн чего то лишился, заплатив налоги, то есть внеся их в общую копилку. И когда кто то запускает руку в эти «общие» деньги — он обворовывает всех и каждого в отдельности.

С малолетства финский ребёнок воспитывается в уважении к деньгам, как эквиваленту тяжкого и честного труда — при этом как к своим, так и общественным деньгам. С годами формируется четкая гражданская позиция и неприятие казнокрадства, поскольку суммы, украденные он соотносит с суммами, которые заплатил в виде налогов.

Чтобы формировать такое гражданское чувство, человек должен платить налоги, а не увиливать от них, в том числе, не брать зарплату «в конвертах». А это, согласимся, не так легко, так как недостачу при «белой зарплате» видно невооруженным глазом, а распиленные где-то там абстрактные миллиарды — очень сложно.

Однако, следует признать, что «северное» отношение к казнокрадству скорее является приятным, прогрессивным примером, нежели повсеместным явлением. Разумеется, трудно сравнивать страны, где испокон веку свободные люди распоряжались своими средствами и формировали общественные кассы, и государства, в которых чуть более столетия назад основная масса населения стала распоряжаться хоть какими-то средствами, не пожалованными с барского плеча, а официально заработанными.

При социалистической экономике отчуждение конкретного кошелька от национального бюджета так же сохранялось и даже углублялось. Поэтому трудно обвинять миллионы людей в том, что они безразлично относятся к фактам хищения «где-то там наверху» — поскольку никак не соотносят себя и свой кошелек ни с бюджетом, ни с «верхами».

Стоит отметить, что казнокрадство, в частности, как и коррупция в целом характерна и для Европейского союза — особенно для стран Восточной  и Южной Европы. По данным аналитической компании RAND Europe, Европейскому Союзу коррупция обходится в целом до 990 млрд.евро в год, то есть каждый европеец, считая стариков и младенцев, теряет в год огромную сумму — более 2000 евро. В Латвии, к примеру, коррупционная доля составляет около 20% от ВВП страны, и она не одинока — примерно в таком же положении находятся постсоциалистические Литва, Польша, Словакия, Румыния, Болгария, Хорватия и южные страны  — Греция и Италия.

Европейские специалисты полагают необходимым внедрение усиленных методов контроля за расходованием средств, хотя очевидно необходимо принимать меры уже и на базовом уровне — дошкольного и школьного образования. Именно в этом возрасте, когда формируются понятия «что такое хорошо и что такое плохо», нужно научить называть вещи своими именами.

Очень важно репутационное поражение коррупционера — возможно, даже более важно, нежели посадка его в тюрьму. Коррупционер может не набивать свой карман из госказны, но своими действиями он позволит завысить стоимость работ или же провести нечестный тендер, а затем пользоваться услугами, которые ему окажет выгодоприобретатель. Но при вскрытии подобной аферы важно обеспечить этой персоне выпадение из социума «рукопожатных» людей. Возможно что это — и есть самое сильное наказание для любителей «скрысятничать». 

1 комментарий:

"Европейские специалисты полагают необходимым внедрение усиленных методов контроля за расходованием средств" - эти т.н. специалисты не специалисты-финансисты, а специалисты-троцкисты.
Оруэлла с огнемётом на них нет.

Вы можете оставить комментарий, авторизировавшись.