Карантин — время для инвентаризации всего

Карантин — время для инвентаризации всего

Руководитель Happy Art Museum и организатор ежегодной ярмарки Art Riga Fair Галина Максимова поселилась в галерее и выращивает там розмарин и морковь
1 апреля 2020 18:58 / Общество / Теги: карантин, коронавирус, культура, Латвия

У Галины Максимовой и Дага Видулейса семейный бизнес, состоящий из двух предприятий. Галерея (и одноименная фирма) Happy Art Museum занимается организацией выставочной деятельности и мероприятий, микропредприятие Euroclub — развитием и организацией ежегодной ярмарки Art Riga Fair. Основная деятельность обеих попадает в категорию культурных мероприятий — эту отрасль, как одну из наиболее пострадавших от карантина, правительство обещало поддерживать. 

Галина подчеркивает, что в сфере культуры не идет речь о большой прибыли. «Нам было, в принципе, достаточно было добиться самофинансирования, чтобы оплатить счета, аренду помещений, учебу детей, — говорит она. — У нас нет и никогда не было стремлений раскрутить супер-бизнес. Мы заключали договоры с художниками или творческими организациями и получали доход, в основном, от организационной деятельности. Его составляли плата за помещение, рекламу и маркетинг, аренда аппаратуры, например, для проведения семинаров или конференций. Мы также продавали билеты на идущие у нас камерные спектакли, концерты через платформу «Biļešu serviss». Довольно редко зарабатывали на продаже собственно художественных произведений».

Первый звоночек для Галины прозвенел в конце феврале, когда эпидемия была еще далеко. «Мы  думали, что все как-то уладится, — рассказывает галеристка. — Мы традиционно проводим ярмарку в Железнодорожном музее в конце ноября, я медленно работала над какими-то позициями, появились новые потенциальные участники. Позвонил Марцис Лайдиньш из фирмы ArtFairService, которая нам обеспечивала техническое оборудование, и сказал с каким-то даже надломом в голосе, что в этом году не сможет поставить нам стенды на льготных «домашних» условиях, как это было раньше. Дело в том, что основной бизнес компания вела в Европе, в том числе, в странах Скандинавии, Германии, Бельгии: все выставки уже отменены, контракты расторгнуты, и они уже сейчас находятся, возможно, в предбанкротном состоянии».

Затем и в Риге стремительно прекратились все массовые мероприятия. На март в Happy Art Museum была запланирована плотная программа. Пришлось отменить два спектакля театра импровизации «Art i Šok», который собирал до 100 человек за вечер, а также многолюдные командные интеллектуальные игры-викторины. Много лет подряд каждую субботу и воскресенье проходили курсы для взрослых — мозаики и по изготовлению кукол — которые тоже пришлось отменить. Все эти мероприятия раньше вполне обеспечивали поток посетителей и позволяли держаться на плаву.

«Мы не эксклюзивная частная галерея, которая может себе позволить месяц переждать в простое, — сетует Галина. — Наш немного популистский подход подразумевал, что мы работаем со всеми группами населения. Можно, конечно, сидеть и ждать, что кто-то придет, но работать в таком режиме не имеет смысла. Однако мне было очень жаль просто закрыть галерею, которая просуществовала более 10 лет, и у которой нет налоговой задолженности. У нас есть частные обязательства, нам, по сути, грозит банкротство, но было бы странно банкротить успешную галерею».

Стоит ли ждать поддержки от государства? Галина сомневается. «В Happy Art Museum числится один человек — член правления Дагс Видулейс. — объясняет она. — Мы связались с СГД и выяснили, что ему пока ничего не полагается, несмотря на полную остановку деятельности, поскольку он не является наемным работником, которым обещали компенсировать зарплату». Галина, как работник своего микропредприятия, может рассчитывать на 50% от зарплаты, но вот незадача: галерея пару месяцев назад переехала, доходов не имела, а только одни расходы, и зарплату себе Галина не выплачивала.  

Галеристка надеется, что ее детище, Happy Art Museum, зародившееся во время предыдущего кризиса 2008 года, выстоит и в этот раз. «Мы тогда только построили новое выставочное здание Pinakoteka и были полны надежд, — вспоминает она. — В самый разгар кризиса, когда все закрывались, вокруг все рушилось и падало, мы только начали заниматься выставками. Это дает мне надежду, что мы и в этот раз вынырнем из ситуации. Но если всегда наша деятельность была ориентирована на работу с людьми, теперь все должно, наверное, уйти в интернет». Галина обдумывает долгосрочные планы вроде организации вебинаров, рассказов о художниках, онлайн-продажей искусства.

Отсутствие координации в государственном и муниципальном управлении кризисной ситуацией вызывают у галеристки недоумение. Вот, к примеру, только что закончился конкурс департамента культуры Рижской думы на финансирование проектов по развитию творческих кварталов. «Речь идет о ВЭФ, «Квартале Калнциема», Спорта 2, Андрейсале. Конкурс не был отложен, хотя на тот момент уже была объявлена чрезвычайная ситуация, уже было ограничено передвижение, и даже для подачи заявок в холл думы вынесли коробку. Я не получила номера, который присваивается заявке, и не знаю, принята ли она. Но мне нужно было выйти из дома и бежать в город, чтобы ее распечатать. И, кроме того, само положение о конкурсе подразумевает, что ты задействуешь в рамках массовых мероприятий как можно больше людей разных социальных категорий и возрастов. Если деньги распределят, непонятно, как это условие будет выполняться. И это не единственный случай. Я должна была выйти из дома и добраться до галереи, чтобы, например, подготовить документы, которые требует у меня срочно СГД. То есть, как житель зараженного города, предприниматель в сфере массовых мероприятий я в карантине. Но как у налогоплательщика, матери несовершеннолетнего ребенка, соискателя субсидий, у меня карантина нет».

Сейчас Галина фактически живет в галерее. «Я, — смеется, — остаюсь на боевом посту и свое искусство не оставлю!» Возможно, она и пошла бы на какие-то радикальные кризисные меры, но даже физически не может раздать работы владельцам, потому что авторы выставочной коллекции находятся за границей: во Франции, в России, Эстонии и далекой Индонезии. А еще Галина: как бы не началось мародерство. Впрочем, она надеется, что до этого не дойдет, поскольку галерея находится на хорошо охраняемой территории. Поэтому решение вызвано скорее эмоциями, а не целесообразностью. Можно, конечно, закрыть галерею на ключ и уйти бояться домой. Но среди картин она продолжает поддерживать рабочий ритм, после утреннего кофе садится думать. Даже не строить планы на будущее — оно туманно, а проводить  инвентаризацию предметов искусства и анализ всей прежней деятельности.

С художниками и клиентами, дорожа их и своим здоровьем, Галина реальное общение прекратила. Остался самый близкий родственный и дружеский круг. Что касается художников, то если они поборют внутреннюю хандру, это время, по мнению Галины, может быть благоприятным для творчества, потому что не на что отвлекаться. Она полагает, что после окончания карантина появятся новые глубокие и значительные работы. Но лично ей самоизоляция дается тяжело. «Я экстраверт, — признается она, — живое общение для меня очень важно. Я привыкла, что вокруг меня каждый день много людей. Но у меня есть красивая терраса. Раньше я думала, как будет красиво, когда я поставлю на улице скульптуры, клумбы с цветами и стулья. Потом началась хандра, и я подумала, вот, мне будет нечего есть, нужно посадить укроп, петрушку и морковь, разбить городской садик, благо, место позволяет». Все последние деньги Галина потратила на семена и компост. Сейчас уже пошла рассада, она каждое утро поливает зелень и радуется новой жизни и весне.

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Вы можете оставить комментарий, авторизировавшись.