Невозвратные кредиты

Невозвратные кредиты

26 марта 2020 14:03 / Расследования / Теги: кредиты, экономика

Десять российских фирм, связанных со структурами эстонско-российского предпринимателя Романа Стройкова, взяли кредиты на общую сумму свыше 7 миллиардов рублей в «Первом республиканском банке» незадолго до его банкротства и не вернули их.

В 2014 году обанкротился российский «Первый Республиканский Банк». По величине активов ОАО «ПРБ» занимал 109 место в банковской системе РФ. По состоянию на 27 июня (лицензии банк лишили 5 мая) 2014 года у него на балансе было, в числе прочего, 256 кредитов, выданных юридическим лицам, на общую сумму 31,5 миллиарда рублей (431 миллион евро). Регулятор так объяснил причину отзыва лицензии: «Первый Республиканский Банк» «проводил высокорискованную кредитную политику, связанную с размещением денежных средств в низкокачественные активы».

Акционерами банка, основанного в 1992 году, были Владимир Боголюбский (19,99%), Юрий Левитас (19,7%), Виктор Дмитриев (9,83%), Вера Иванова (9,8%), Сергей Самсонов (9,8%) и Татьяна Донских (9,8%). Еще 19,99% принадлежит кипрской компании Ratto Holdings Ltd., структуре фонда RenFin II. Однако российская газета РБК назвала его неформальным руководителем, не подписывавшим документы, но принимавшим ключевые решения, политолога и бизнесмена Гагика Балаяна: именно он вел переговоры о покупке банка с его прежним владельцем в 2011 году. «Про бизнес Балаяна мало что известно, — сообщала газета. — Один из его знакомых рассказал РБК, что он зарабатывал сдачей в аренду коммерческих складов».

После отзыва лицензии в банке была обнаружена «дыра» в 16 млрд руб. Агентство страхования вкладов подало в Арбитражный суд Москвы заявление о привлечении к субсидиарной ответственности семи бывших руководителей ПРБ на общую сумму более 19,8 млрд руб. Практически сразу, как пишет «КоммерсантЪ», началось уголовное расследование, и в конце 2017 года суд приговорил Балаяна к семи годам колонии по делу о хищении средств и выводе активов на 1,8 млрд руб. «Это редкий случай осуждения реального собственника банка, который формально не являлся его акционером и не занимал в нем постов», — резюмирует «КоммерсантЪ». Реальные сроки получили также бывший председатель правления Олег Курбатов и старший вице-президент Сергей Айрапетян. По версии следствия, вывод активов начался за три недели до отзыва лицензии.

ПРБ активно занимался корпоративным кредитованием. «У большинства заемщиков обнаружились признаки фиктивности, а стоимость кредитного портфеля с учетом заключения временной администрации снизилась в 2,5 раза до 12,7 млрд руб. с 31 млрд руб», — писали «Ведомости».

Среди должников этого банка было 10 фирм, с которыми вели бизнес и компании Романа Стройкова. Всего в течение года-полутора перед банкротством они набрали невозвратных кредитов на 7,065 млрд рублей. Вот их список: «Пасифе», «Рона Плюс», «Лансон», «ИДА», «Бардо», «Прайд Групп», «ТИАМАТ», «Евросистемс», «Аротрон», «Симинг-Р», «Джелес». Почти все эти названия фигурировали в наших предыдущих публикациях о деятельности банкира.

Исключение составляет фирма «Аротрон». Компания основана в 2012 году, в 2013-2014 годах ее оборот достигает пика в 2,4 млрд руб, а 2015-м падает до 119 млн руб и далее до нуля. В отчетах Antonio Trade за 2013 и 2014 годы она указана как основной торговый партнер в России, а это значит, что оборот с ней среди всех контрагентов был особенно велик. В январе 2015 года «Аротрон» заключила договор займа сроком на год с компанией «Ре-Порто», аффилированной с Романом Стройковым. И, наконец, чтобы не оставлять сомнений в наличии связей «Аротрон» с бизнесом Стройкова, следует упомянуть, что в суде с ПРБ должника представляла юрист нашего банкира и бывший член правления его эстонской компании Antonio Trade Светлана Дорохова.

Все эти десять компании оформили займы сроком на год и даже не подумали возвращать. Петербургская «Евросистемс», к примеру, взяла два кредита на общую сумму в 760 млн руб. под залог неких имущественных прав, приобретенных у двух других «прокладок». В декабре 2014 года она ликвидировалась — прежде, чем конкурсный управляющий банка разобрался, что «реальное взыскание задолженности по договорам купли-продажи приобретателем заложенных прав практически невозможно». Успели вовремя ликвидироваться фирма из Петербурга «Ида» (580 млн руб долга) и краснодарская «Прайд Групп» (780 млн руб).

Большинство же заемщиков заключили с банком договоры об отступном в обмен на необеспеченные векселя — заведомые неликвиды. По крайней мере четыре из них: московские фирмы «Лансон», «Рона Плюс», «Пасифе» и «Симинг-Р» (общая сумма основного долга 2,3 млрд руб) — в качестве отступного предоставили векселя, выданные одной фирмой, «Таском». Весьма информативно дело «Симинг-Р». Для покрытия одного из двух кредитов в 590 млн руб эта фирма предъявила шесть векселей на 665 млн руб., выданных ей «Таском» 10 апреля 2013 года. В означенном году та последний раз отчиталась перед налоговой, но ни этих шести векселей, ни других долговых обязательств не указала. И если судить по балансам за 2012 год, который «Таском» закрыла с 4,9 млн рублей оборота, и за 2013 год, в котором оборот едва превысил 3,5 млн, ее активов не хватило бы, чтобы расплатиться по векселям как на момент их выдачи, так и впоследствии.  

Все соглашения об отступном датированы 1-4 апреля 2014 года. Все договоры по этим кредитам со стороны банка подписал один человек: Виктор Николаевич Шабров. Конкурсный управляющий ПРБ заметил, что сделки выглядят фиктивными, и затребовал экспертизу. К примеру, в делах «Лансон» и «Аротрон» (700 млн рублей по двум договорам) эксперт-химик, привлеченный судом, пришел к выводу, что подписи на соглашениях об отступном и актах приема-передачи векселей на самом деле поставлены в августе-сентябре. То есть, задним числом после введения в банке конкурсного управления, когда Шабров уже утратил полномочия. Все эти сделки суд признал недействительными, однако долги фирмам-прокладкам все равно пришлось списать.

На момент отъема лицензии Виктор Николаевич, согласно суду, являлся вице-президентом «ПРБ» по административно- хозяйственным вопросам и работал в банке с 2008 года. К нему, в том числе, относится арбитражный иск АСВ, обращенный к топ-менеджерам и владельцам банка. Но в Вестнике Банка России за июль 1999 года он был указан как председатель правления ПРБ. И вообще, Виктор Шабров — из пионеров банковской отрасли. Он возглавлял  правление лопнувшего в 1998 году банка «Реформа»  — детища основателя одноименного фонда, одного из столпов эпохи реформ в России академика Станислава Шаталина. Сейчас Шабров руководит Объединенной транспортной компанией «Юнитранс», занимающейся железнодорожными грузоперевозками и имеющей статус микропредприятия. Среди ее заказчиков — госкомпании «РЖД Логистика» и структура «Ростеха» «РТ-Логистика». Он также является гендиректором «Научно-проектной фирмой «Проектирование, консалтинг и мониторинг».

Виктор Николаевич, конечно, неоднократно вызывался для дачи свидетельских показаний в разных процессах ПРБ. В деле «Пасифе» (два договора на 775 млн рублей) и в деле «Лансон» ( два договора на 700 млн рублей) он вспомнил, как собственноручно подписывал бумаги по отступному 3 апреля 2014 года. В деле «Рона Плюс» свидетель, «обозрев документы, показал, что не может определенно подтвердить, его ли подпись или нет, несмотря на внешнее сходство». В деле «Аротрон» он заявил, что векселя фирмы «Корола», которыми должник намеревался закрыть кредит, в банк и вовсе не передавались.

Разъясняя свою роль в деле «Симинг-Р», Шабров рассказал, что действовал на основании доверенности, выданной ему председателем правления Олегом Курбатовым «на подписание документов, связанных с разрешением вопросов кредитования». Но вспомнить, оставил ли он подпись под конкретными документами, не смог. Впрочем, он добавил, что такие вопросы всегда обязательно согласовывал со старшим вице-президентом Банка Сергеем Айрапетяном, который, в частности, возглавлял кредитный комитет банка, причем векселя контрагент якобы фактически передавал не ему, Шаброву, а сотрудникам подразделений Айрапетяна. Оба впоследствии — и Курбатов, и Айрапетян — сели за вывод активов из банка.

Мы можем только гадать, как распорядились кредитными средствами нерадивые должники. Однако мы знаем из материалов дела «Вобис», что за период с 2011 по 2013 годы «Рона Плюс», «Прайд Групп», «ТИАМАТ», «ИДА» и «Лансон» совершили более 1500 финансовых операций на сумму более 23 млрд руб. Эти операции были связаны, в том числе, с погашением векселей и перечислениями по договорам займов в финансовую фирму «Кангарус», связанную с Романом Стройковым. Оттуда деньги переводились за рубеж. У всех этих фирм были счета в Эксперт Банке, принадлежавшем Стройкову. Первого ноября 2019 года банк был лишен лицензии из-за нарушений закона о противодействии легализации незаконных доходов и финансировании терроризма, и вслед за этим ликвидирован. Впрочем, Роман Владимирович Стройков заявил нам в двух телефонных разговорах, что никакого вывода активов никогда не было.

Мария Кугель, Ярослав Тавгень, Полина Волкова

 

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Вы можете оставить комментарий, авторизировавшись.