«У меня с детства прививка от любого национализма»

«У меня с детства прививка от любого национализма»

12 февраля 2020 12:23 / Культура / Теги: Латвия, литература, Россия / Города: Рига

Радио- и телеведущий, писатель, драматург и режиссер, а также профессиональный путешественник Алекс Дубас — москвич, бывший рижанин и гражданин Латвии. На прошлой неделе он встретился с рижскими читателями в книжном клубе сети магазинов «Полярис», чтобы представить новый роман «Прометей», действие которого отчасти происходит в Риге и Елгаве. Публикуем выборочно их вопросы и его ответы.

Расскажите, пожалуйста, о романе.

Это пьеса: монолог актера, который стоит на сцене и рассказывает, как он создает спектакль. Я играю эту пьесу в театре «Современник» на Чистых прудах, на малой сцене. Передо мной стоит деревянный стол, есть проточная вода, есть газ, я леплю пельмени и говорю этот текст. Зритель понимает, что, наверное, когда я сварю пельмени, когда вода закипит, и я их достану — это и будет финал спектакля. И он не обманывается, спектакль заканчивается, он выходит в фойе — а там его ждут пельмени! Настоящие, под водочку! Получается такая немного интерактивная история. Пьеса начинается смешно, как стендап, потом резко поворачивает к драме. Она, как и книга — про надежду, и с ней стоит познакомиться, если эта надежда вам сейчас необходима. У Эсхила в трагедии «Прометей прикованный» Прометей говорит о своей провинности перед Зевсом: «У смертных отнял я дар предвидения […], Я их слепыми наделил надеждами»».

В книге есть фраза: «У меня с детства есть прививка от любого национализма». Поясните, пожалуйста.

В этой книге довольно много Латвии. Действие происходит отчасти в Риге, в Елгаве. Со времени жизни в этой стране у меня действительно прививка от национализма. Как она появилась? Ты играешь во дворе с латышскими детьми, и ты такой же парень, как они. Однако чувствуешь какой-то холодок. Нет, никто тебе ничего не говорит. Но здесь сидящие жили и живут в Латвии, и мы понимаем, ты понимаешь, что ты немножко другой. Для родителей этих детей я был другой. И меня это удивляло, это не нравилось. Сейчас я живу в России. Там с национализмом «все в порядке»! Там довольно много пришельцев с Кавказа, из республик Средней Азии, и коренные жители к ним относятся далеко не политкорректно, гораздо жестче, чем в Латвии, в стране с европейскими ценностями. Я бы не хотел, чтобы у любого человека было ощущение того, что он чужой. Ну, что нам с вами об этом говорить, вы и так это знаете прекрасно.

С каким чувством вы приезжаете в Ригу? Стали ли вы москвичом?

Я вам пример приведу. Я иду в оранжевой куртке олимпийской сборной Латвии по Чистопрудному бульвару в Москве, и ко мне подходит какой-то мужик, который говорит: «Извините, вы не знаете, где здесь Трехсвятительский переулок?» Я ему объясняю, потому что это мой район, я его знаю хорошо. Он говорит: «Спасибо, а то такое ощущение, что вокруг одни приезжие». Я говорю: «А я тоже приезжий, из Риги». Он меняется в лице: «Что, обижают там вас?» Я говорю: «Да нет, не особо. Обижают, но не так, как здесь». У парня сбой в матрице произошел. Да, я стал москвичом. Москва чудесный, дышащий, живой город, но в последние два года я провожу в нем половину времени. Я довольно много путешествую, так выстроил свою жизнь, что провожу много времени в совершенно разных странах, на разных континентах, и мне это жутко нравится.

О путешествиях вопрос. Кто, по-вашему,  более открыт, азартен, легок на подъем — жители Латвии или россияне? У кого более широкие взгляды на мир?

Да это от человека зависит. Недавно со мной один парень летал в Новую Зеландию. Он из Риги, программист, придумал стартап, который удачно сработал. Живет где-то в Иманте, а офис в районе Виландес. Это был прекрасный, открытый человек с широким кругозором. Жители Латвии просто нечасто попадают в одни компании со мной. Но это точно зависит не от страны, в которой ты живешь, а от того, кто ты, какой ты, насколько ты открыт. Чем еще клево путешествовать, — тем, что ты понимаешь, что все одинаковые. Типажи есть везде совершенно характерные, неважно, чернокожий ли это человек из Конго, дядюшка из Уругвая — рыбак он и есть рыбак. И сидишь ты на борту лодочки, и чувствуешь любимый запах солярки и воды, мой любимый, который можно встретить и на Волге, и на берегу Индийского океана. Мир маленький.

Многие присутствующие — это слушатели латвийского радио SWH+, на котором была мощная плеяда радиоведущих, существовала определенная конкуренция, и на этом фоне вы, Алекс, выглядели очень достойно. Вы довольно давно уехали. А когда вы уезжали работать на «Серебряный Дождь», думали ли вы, что это будет временно, и вы вернетесь, или вы чувствовали, что уезжаете навсегда?

Нет, я уезжал на годик! Я поехал за компанию с бывшей женой, актрисой Агнесе Зелтиней. У нее были съемки в России. Мой товарищ Миша Козырев пригласил меня вести «Утреннее шоу» на «Наше радио», и я уже почти начал там работать, но меня переманил «Серебряный дождь». Мы даже сняли квартиру возле Чистых прудов, возле посольства Латвии. На всякий случай — тревожная страна все-таки, а тут раз — и ты в домике, на родной территории. Я думал: подпишу контракт на год и буду летать каждый месяц в Ригу. Я летал сначала каждые два месяца, потом каждые полгода, в какой-то момент вообще не прилетел. Я понял, что на Чистых прудах живу не из-за посольства, потому что я в нем ни разу не был. На пятый год я понял, что мне нравится этот город. Это вовсе не была история про покорение Москвы.

Алекс, куда ты идешь в первую очередь, когда приезжаешь в Ригу?

Нет такого места. Рига меняется, безусловно. Но ребята, зачем вы бередите рану? Сами же все знаете: пустой город. В центре столько окон без света.

Мне 42 года, и в Риге я начал ощущать, что пространство сужается. Раньше Латвия была в одной из 15 республик, теперь одна. Сейчас молодые едут в разные страны по программе «Эрасмус». Я понимаю, что так жить нельзя, это «железный занавес». В Лондон можно поехать хоть мыть посуду. А в Москву? Интересен ли человек в Москве, если он не архитектор, не программист, может ли себя найти? Не поздно ли?

Конечно, можете! В Европе существует два мегаполиса: это Лондон и Москва. Ни Берлин, ни Париж, ни, тем более, Рим таковыми не являются, это большие моногорода. Мегаполис — это некая имперская столица, в которую приезжают бывшие колонии. Москва в этом смысле ничем не отличается от Лондона. Это динамичнейший, волшебный город! Говорят, мол, «Москва не резиновая» — но она на самом деле резиновая и довольно щедрая.  

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Вы можете оставить комментарий, авторизировавшись.