Почему нам так жарко

Почему нам так жарко

​Откуда берутся природные катаклизмы, и как нам с ними справиться
6 августа 2018 13:16 / Авторские колонки / Теги: Погода

Лето 2018 года вновь вышло на первые полосы сайтов и газет, кадры с пожарами и наводнениями мелькают на экранах телевизоров и мониторов. И вновь начинается спор: является ли такое лето следствием глобального потепления, или же это вариант нормы.

Отслеживая данную тематику уже полтора десятка лет, можно прийти к выводу, что к сожалению, научное сообщество и общественность говорят о разных вещах. Ученые трубят о рекордной за 800 000 лет концентрации углекислого газа в атмосфере, а также о росте средней температура «по планете».

А широкие народные массы тем временем страдают от участившихся неблагоприятных природных явлений, ожидая от специалистов конкретных ответов и рекомендаций, которых, прямо скажем, не так то и много.

Периодически СМИ сообщают о том, что ученые «выяснили причину аномальной засухи» или наоборот, наводнений. Но проблема в том, что причины в принципе уже известны давно — но это не дает каких-либо очков в борьбе с потенциальными катастрофами. Да, мы знаем что повышение температуры на планете и изменение характера высотных, стратосферных воздушных течений имеет связь. Что ослабление этих течений приводит к образованию излучин в этих потоках, и что в этих излучинах «застревают» циклоны и антициклоны.

Но мы еще далеки от моделирования атмосферных и океанических процессов в полном объеме. Для этого нужны очень-очень мощные суперкомпьютеры. В последние дни августа 2018 года пришло сообщение, что Росгидромет вводит в работу новый суперкомпьютер, делающий 1 петафлопс, то есть один квадриллион операций в секунду. Квадриллион — это миллион миллиардов. Предыдущий аппарат, который использовали российские метеорологи, имел быстродействие в 70 раз меньше. И вот, этот петафлопсный монстр может рассчитать погоду на 7 дней, что считается большим достижением.

Разумеется, это не самый мощный суперкомпьютер в мире — сейчас пальма первенства принадлежит IBM Summit в США, который дает 122 петафлопса. Но и этой мощности недостаточно для того, что бы создать полную климатическую картину всего мира — да и достоверные прогнозы погоды увеличатся ненамного. Причина проста — кроме расчетов нужны еще вводимые данные, и модели, согласно которым строится прогноз.

Вводимые данные — это прежде всего измерители на местах. Их катастрофически мало как раз там, где формируется погода — над полярными шапками, в океанах, над огромными пространствами Африки, Америки, Азии. Мы тратим огромные средства на оружие и не можем найти деньги на изучение собственной планеты.

Но даже если есть у вас данные, а ваша модель не соответствует реальности, вы не получите точный прогноз. И вот тут вступает в действие фактор изменения климата — он меняется, старые модели работают плохо, и поэтому огромные суперкомпьютеры выдают прогнозы, которые не исполняются.

Климат-таки меняется, но не строго в направлении повсеместного потепления. Он становится менее прогнозируемым, более резким, с сильными перепадами.  И даже там, где всегда он был более менее спокойным и предсказуемым, как, например, в Прибалтике, его характер меняется.

Есть точка зрения, согласно которой все эти процессы — исключительно дело рук самой матушки-природы. Но даже если это так, означает ли это, что надо ждать своей судьбы сложа руки? Да, мы не можем остудить сгорающую от жары Европу, но можно предпринимать меры, что бы обеспечить жителям Европы пребывание в более прохладных жилищах.

Мы не можем исключать пожары в пересушенных лесах Аттики — но мы можем сделать пути бегства свободными от излишней застройки и припаркованных машин. Мы можем организовать патрулирование лесов Латвии с дронов, набурить артезианских скважин, установить на деревьях специальные датчики.

Жара сменяется ливнями и начинаются наводнения? Отлично, именно когда стоит сушь, стоит чистить дренажные канавы от мусора и растительности. Укреплять мостовые переходы, строить водоотводные каналы. Чистить ливневую канализацию, как минимум.

Надо просто привыкнуть к мысли — торнадо, наводнение, пожар, засуха, и т. д. — это будет не где-то там, далеко, это будет у нас, и это мы будем дышать дымом, задыхаться от жары, вычерпывать воду из домов и подвалов и молиться, что бы фундаменты наших домов не «попозли».

Пора понять и принять, что мир меняется вокруг нас. Климат всегда влиял на политику, и сейчас это влияние будет только усиливаться. Рост температур в субтропиках, в частности на Ближнем Востоке, в северной Африке и Сахеле (территория южнее Сахары) уже сейчас ведет к массовым миграциям населения, что влечет столкновения людей и жестокие конфликты.

В недалеком будущем, как отмечают специалисты Института Макса Планка, а именно всего-то через 25-30 лет, климат в сухих субтропиках в этой части земного шара станет невыносимым для человека в принципе, и люди будут тотально мигрировать в более прохладные районы. Часть двинется на север — в Евросоюз и в том числе и в Россию, другая — на юг, в тропические и экваториальные страны, где повышение температуры практически незаметно, а количество осадков не уменьшается.

Это коснется более 500 миллионов человек. У них не будет ни воды для питься, ни для орошения полей. Поднимется дневная и ночная температура. Смертность среди детей и стариков будет расти. Как мы сможем остановить потоки этих несчастных, готовых драться за кружку воды?

Существует мнение, и очень опасное в своей наивности, что сейчас ничего делать не нужно, дескать, будем решать проблемы по мере их поступления. Но проблемы уже начались. Разумнее всех сейчас повели власти Японии, где из-за небывалых ливней в начале июля погибло более 200 человек, в основном, из-за селей и оползней. Японские специалисты признали, что их планы гражданской обороны касались последствий землетрясений и ударов цунами, а дожди не воспринимались как серьезная угроза. Однако проведенные моделирования показали, что если бы подобный дождевой удар пришелся на столичный регион, то последствия были бы гораздо тяжелее. Сейчас Япония страдает уже от сильнейшей жары, но дожди еще вернуться, и японские специалисты готовятся к быстрому реагированию на угрозы.

Очень важно понять, что гражданское население очень плохо реагирует на опасности. Именно поэтому на Дальнем Востоке, и вообще в Тихоокеанском регионе, где часты землетрясения, извержения вулканов, ценами, тайфуны, циклопические пожары огромное значение уделяется использованию сил гражданской обороны и даже армии, для решения многих оперативных задач.
Именно армия, с ее жесткой системой командования, выучкой, техническими средствами может оказать важнейшую помощь в таких делах, как эвакуация населения, обеспечение его всем насущным, организацию транспортных путей для спецтехники (пожарные, скорая помощь, ремонтники).

Во время июльской передачи на Радио Балтком, посвященной торфяному пожару близ Талси, слушатели высказывали удивление тому факту, что страна тратит большие средства на оборону, но испытывает нужду в технике, которая могла бы помочь тушить пожары.

Проблема в том, что и у военных, и у политиков многих стран еще не выработалось понимание того, что главным противником, угрожающим населению их стран, может быть не иностранный солдат, а природный катаклизм, явление вненациональное и безжалостное ко всем. Нужно раскрыть глаза на то, что ожидает всех без исключения, и в том числе — живущих сегодня.

 

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Вы можете оставить комментарий, авторизировавшись.