«Дети должны после школы думать на двух языках»

«Дети должны после школы думать на двух языках»

Как выглядит реформа школ нацменьшинств в самом русскоязычном регионе Латвии
7 марта 2018 12:50 / Общество / Теги: Латвия, нацменьшинства, общество, русский язык, язык

Латгалия — самый русскоязычный регион страны. По официальным данным, 60% жителей Латгалии называют родным русский язык, в то время как в среднем по Латвии эта цифра значительно ниже — 37%. Поэтому реформа школ нацменьшинств, которая предполагает постепенный отход от билингвальный системы в пользу преподавания всех предметов, кроме русского языка и литературы, исключительно на государственном языке, здесь воспринимается очень настороженно, а многими — в штыки.

В самоуправлении Даугавпилса при этом видят положительные моменты — говорят, что в «самом русском городе» русский все равно сохранится, а с хорошим латышским у выпускников действительно есть проблемы. В самоуправлении Резекне настроены категоричнее, и называют инициативу минобразования «реформой ради реформы».

В двух главных городах Латгалии сходятся в одном: успех реформы и безболезненность ее внедрения во многом зависят от поддержки, в первую очередь, материальной, которую готово будет оказать министерство образования.

Лишний язык не бывает лишним

Мэр Резекне Александр Барташевич — в числе убежденных противников реформы. Он ссылается на данные опроса среди родителей учащихся школ нацменьшинств, которые показали: более 80% — против. Директора русских школ тоже не уверены, что реформа пойдет на пользу.

Александр Барташевич, мэр Резекне

В Резекненской средней школе номер 3 действует билингвальная система. Школа — с математическом уклоном и, преимущественно, русскоязычными детьми, поэтому точные науки — физику и химию — а также культурологию преподают школьникам на их родном языке. Математику при этом дети учат на латышском. Но если что-то непонятно, всегда можно переспросить на русском.

— Учитель может давать материал на государственном языке и тут же, если он чувствует, что в классе идет какое-то непонимание, он может говорить на русском языке, — объясняет принцип работы Кристина Устинова, директор третьей школы. — Дети также могут сами выбрать язык ответа на вопрос, заданный учителем, то есть если ему проще на русском — значит, на русском, проще на государственном — значит, на государственном. На мой взгляд, это очень удобный метод — как преподавать, как детям учиться — потому что, конечно, если родной язык русский, то как бы мы ни владели государственным языком, какие-то проблемы остаются.

Кристина Устинова, директор Резекненской средней школы №3

Кристина Устинова сомневается, что успешную систему нужно ломать. По ее мнению, выпускники владеют латышским на должном уровне — а так сохраняется возможность хорошо знать русский.

— Я все-таки убеждена в том, что ребенок, который владеет государственным языком, русским языком, плюс еще английским языком, немецким, более конкурентноспособен, чем тот, который владеет только государственным языком, — говорит директор. — Мне кажется, это нонсенс — считать, что лишний язык может быть лишним.

Билингвальная семья

С Кристиной Устиновой согласен Эдгар Покровскис, выпускник Даугавпилсской гимназии — одной из трех школ города, где все предметы преподают на государственном языке.

— Каждый язык, который ты изучаешь или уже изучил, — это плюс для тебя, потому что язык до Киева доведет, — шутит Эдгар.

Сам Эдгар в Даугавпилсе скорее в меньшинстве — говорит, что учиться и работать ему сейчас, после школы на государственном языке, проще на латышском. Но русский — в активе, поэтому если предстоит работа в русском коллективе — тоже ничего страшного.

Эдгар Покровскис, выпускник Даугавпилсской гимназии

Семья Эдгара — типичный пример для Даугавпилса. Отец из Петербурга, латышский так и не выучил. А вот мама — из Латвии, говорит на русском, но родной все-таки латышский. Поэтому Эдгар с детства так и общался с родителями: с папой — на одном языке, с мамой — на другом.

В одиннадцатом классе Эдгар стал участником программы Unior Achievement Latvia, которая помогала ученикам школ создавать и развивать свои небольшие бизнес-проекты. С одноклассником Андреем Эдгар придумал деревянную игрушку, которую можно было разбирать и собирать — тренировать мелкую моторику и мышление. С этой игрушкой они даже поучаствовали в ярмарке и, говорит Эдгар, неплохо заработали. Сейчас он учится в Рижском техническом университете, изучает интеллектуальные роботизированные системы.

Думать на двух языках

Таких школ, как закончил Эдгар, в Даугавпилсе три, в них учится около 20% всех школьников города. Остальные пятнадцать — школы нацменьшинств, преимущественно русские, есть одна польская. Одна из школ нацменьшинств — Даугавпилсский русский лицей — уже много лет подряд занимает первое-второе место в рейтинге лучших школ Латвии. По словам Яниса Дукшинского, председателя комиссии по образованию и культуре самоуправления Даугавпилса, это связано с особой программой школы — она разработана для одаренных детей.

Другие школы тоже показывают неплохие результаты. Но проблема с латышским есть, признает Дукшинский. По данным недавнего опроса, 22% учащихся плохо знают латышский. С этим, считают в самоуправлении, надо что-то делать, и школа кажется единственным вариантом.

— У нас город Даугавпилс, все знают, что русскоязычный. Латышской среды в городе не так много, — говорит Янис Дукшинский. — Все, в основном, общаются на русском языке. Если в школах не будет усиленная среда какая-то задаваться, детям будет трудно. Если дальше, например, карьеру делать и учиться в вузах, дети должны быть конкурентноспособны. Знать хорошо, качественно, латышский язык. Дети должны после школы уже думать на двух языках.

По словам Дукшинского, некоторые дети из школ нацменьшинств сами выступают против билингвальной модели.

— C какими-то детьми мы встречались, они говорят, что хотят в основной школе на одном языке учиться, им легче так, — говорит Дукшинский. — Они знают латышский язык и говорят: лучше уж на одном, а то идет путаница терминологии.

Нападение на русский язык

В соседнем Резекне настроения другие — мэр города уверен, что реформа не повышает, а напротив, снижает конкурентноспособность детей из русских семей. И даже обвиняет минобразование в том, что это делается намеренно.

— Мне кажется, что это реформа ради реформа, — считает Александр Барташевич. — Может даже, чувствуя, что в конкурентной борьбе за рабочие места выпускники русских школ или школ нацменьшинств являются более сильными, потому что владение несколькими языками всегда дает преимущества, особенно с учетом того, что у нас очень много предприятий работают на Россию и оттуда получают основной доход. Да, хорошо, выпускники латышский школ знают один язык — в лучшем случае, еще английский. И на рынке труда они уже более слабые в конкуренции с выпускниками русских школ. Вот и вся история. Реформа направлена не на улучшение знаний латышского языка, а на ухудшение знаний русского языка жителями Латгалии, Риги, где это вопрос актуален. Это своеобразное нападение на русский язык.

Когда министерство образования только анонсировало реформу, Барташевич говорил, что, вероятно, пойдет по пути рижского мэра Нила Ушакова, который предлагал ввести дополнительные занятия на родном языке. Однако сейчас это сценарий под вопросом.

— Нагрузка на детей очень-очень большая, если мы будем предлагать какие-то дополнительный факультативные занятия, усиливать какое-то отдельное направление, то это будет происходить за счет других направлений, других предметов, что очень рискованный шаг.

Проблема с педагогами

В самоуправлениях и Резекне, и Даугавпилса говорят, что реформа усугубит проблему нехватки педагогов.

— В школах после этой реформы мы увидим, что некому заместить педагогов, некому учить латышскому языку — это большая проблема, — считает Барташевич.

С ним согласен и Янис Дукшинский. По его словам, и без перехода на латышский язык Даугавпилс ощущает нехватку педагогов — одни уходят на пенсию, а новые не приходят, потому что профессия школьного учителя становится все менее привлекательной. Ситуация вдвойне усугубляется второй реформой образования — введением компетентностной модели, которая накладывается на уход от билингвальной системы. Сама задумка — интегрированный подход к обучению всех предметов, чтобы ребенок получал не только знания, но и понимание о том, как эти знания применять на практике — хороша по мнению многих, но оставляет много вопросов — как изменится учебный график, система тестирования, учебники? А вкупе с переходом на латышский это означает тотальную ломку привычной системы. Поэтому в Латгалии надеются, что министерство образования поможет, в том числе, материально, перейти на новую систему.

Янис Дукшинский, председатель комиссии по образованию и культуре самоуправления Даугавпилса

— Мы будем отстаивать позицию, что государство — если оно идет этим путем — должно оказывать серьезную поддержку, — говорит Янис Дукшинский.

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Вы можете оставить комментарий, авторизировавшись.