«Уличная фотография –– преодоление себя и своих страхов»
Фото: Юрий Юст

«Уличная фотография –– преодоление себя и своих страхов»

16 июня 2017 09:04 / Культура / Теги: культура, Латвия / Города: Рига

Целующаяся парочка в полном вагоне электрички, парень, закуривающий сигарету в подземном переходе, ребенок, топающий на голубя ножкой, –– это не только сцены повседневной жизни, но и кадры street-снимков. О том, почему красота и эстетика ––  не главное, бывают ли скучные кадры и как меняется функция искусства, рассказал рижский street-фотограф Юрий Юст.

–– Я десять лет был бас-гитаристом в группе «Tribes of the City», где мы играли альтернативный shoegaze. Успешно выпустили три альбома, ездили на гастроли в Европу, были номинированы на MTV Europe Music Awards 2007, а на Latvian Music Awards 2010 взяли номинацию за лучший альтернативный альбом. Все было хорошо, но, наверное, время группы выходило, десять лет –– это много. Выросли наши слушатели, выросли мы. И в какой-то момент мне захотелось доказать себе и остальным, что могу творчески реализовать себя не только в коллективе, но и индивидуально. Попробовать, чего могу добиться сам. И я начал фотографировать. С детства любил рисовать, но не учился этому, а фотография –– это тоже визуальная история, только она ближе к реальности.

В чем особенность уличной фотографии?

Надо все-таки упомянуть, что слово «street»  созвучно со «straight»  –– прямая. Именно «прямота» фотографии характеризует жанр в целом –– он очень честный. Вообще, street-фотография –– общий жанр, у которого есть хорошее направление social landscape (социальный ландшафт). Я отношу свои работы к нему –– они нацелены на пространство, в котором живут люди.

Особенность уличной фотографии в том, что она очень доступна здесь и сейчас. Не нужно заказывать студию и звать моделей. Все, что потребуется, — быть готовым к моменту и держать при себе камеру. Если для портрета, пейзажа и фэшн фотографии значима постановочность, красота, эстетика, то street-снимки позволяют отступления от рамок, преодоление норм. Возможность ошибок намного шире и более оправданная. Заваленный горизонт или нерезкость в других жанрах сразу считаются браком, а здесь дефект может даже придать изюминку. Уличная фотография направлена не на эстетику, а на пространство, объект и мое взаимодействие с ними. Без красотулек, скажем так.

Фото: Юрий Юст

Но уличная фотография разрушает личные границы человека –– как ты решаешь эту проблему?

Да, уличная фотография тесно связана с внедрением в пространство человека. Я все-таки соблюдаю дистанцию, чтобы меня не замечали: не лезу людям в рот, в глаза вспышкой не бью, стараюсь, чтобы после встречи со мной они не страдали, что сфотографированы в неподходящий момент. Это важно –– никого не травмировать. Но если бы я спрашивал, можно ли сфотографировать, чаще всего в ответ слышал бы: нет. Уличная фотография –– всегда преодоление самого себя и своих личных страхов. Многие не начинают снимать на улице, потому что боятся направить объектив камеры на людей. Но большинство не кусаются, не начинают морщиться, когда их снимают, –– все можно сделать достаточно просто, легко и интересно.

Ты называешь себя «рижским фотографом» –– почему ты решил сосредоточиться на снимках нашего города?

Будучи достаточно объективным человеком, я не надеялся открыть новый жанр или визуальное решение. Но что быстро заметил: люди реагировали не на абстрактные изображения, а на снимки своего города. Стали подписываться в социальных сетях, появилась обратная связь –– комментарии в стиле: а я здесь каждый день гуляю или я на этом трамвае езжу на работу. И я понял, что быть фотографом для рижан очень ценно.

От сладких красивых картинок все уже устали, моя цель –– уловить и запечатлеть атмосферу, понять процесс, который происходит в пространстве. Я в разное время суток иду в место, которое мне нравится или которое является важным узлом Риги, пытаюсь зафиксировать настроение. Самое важное, без чего нельзя выходить на улицу, –– без живого интереса.

В других городах я снимаю как турист –– нет сильной эмоциональной связи, для меня они не несут никакой ценности. Мне кажется, настоящим фотограф может быть только в том месте, где он вовлечен эмоционально, где он и ему могут сопереживать.

Фото: Юрий Юст

Какие городские места ты снимаешь чаще всего?

Сейчас я уже точно могу сказать, что часто хожу снимать на центральный базар –– это связано с остротой ощущений: там более фактурные люди. Рига, хоть и столица нашей родины, но небольшой город, а рынок, где собираются разные классы населения, –– показатель всего общества в целом. Это очень точный срез времени. Тем более, у нас красивый базар –– ни одна балтийская страна не может таким похвастаться. Плюс, что важно для уличной фотографии, личное пространство сжато, люди плотнее друг к другу подходят –– легче приблизиться и сделать кадр. Чем разряженнее обстановка, чем меньше людей на квадратный метр, тем подойти сложнее.

Еще мне очень нравится транспорт –– особенно трамваи. Люблю Агенскалнс, настроение этого района, могу часами ходить и просто фотографировать дома. А в центре длинные улицы –– Чака, Барона, Гертрудес, Авоту –– дают ощущение старо-новой Риги, которая вдохновляет.

Но я понял, что мне точно неинтересно снимать в старой Риге и в торговых центрах. Снимки в торговых комплексах космополитичны: они могут быть сделаны в любой точке планеты с погрешностью в 20 лет. А в старой Риге очень много туристов, очень много красоты, а особой жизни на самом деле и нет. Одно время я фотографировал там ночью молодежь. Специально ложился спать в восемь вечера, вставал в час ночи и шел до четырех утра снимать. Все раскрепощаются –– обостряются отношения, скандалы, любовь. Меня тянет к какому-то надрыву, когда люди чувства проявляют.

А самый интересный переломный момент произошел со мной во Львове. Этот город примерно одного с Ригой периода и они построены в одном стиле. Но там разница между населением и местностью еще более контрастна: менталитет украинцев ближе к славянскому и в сочетании с абсолютно западным городом производит большой диссонанс. Когда я вернулся в Ригу, –– понял, что у нас то же самое. На нашу столицу повлияли и шведы, и Ливонский орден, и Россия. Я не всегда ассоциирую арт-нуво с людьми, которые ходят и живут в этих домах.

Фото: Юрий Юст

Несмотря на то, что уличная фотография, казалось бы, доступна, в Риге мало представителей этого жанра.

В Риге как таковой традиции уличной фотографии, к сожалению, нет. Она  по объективным причинам не сложилась в советское время. Наверное, единственного, кого рекомендовал бы посмотреть, –– Эгон Спурис, прекрасный фотограф из Риги, который снимал пролетарские районы 60-70-х годов. А сейчас не снимают стрит, потому что его трудно монетизировать,  — все уходят в более оплачиваемые жанры. Плюс уличная фотография связана с большим запасом не только энергии и времени, но и средств. Техника изнашивается, бьется, роняется, все на ходу. Человек боится сломать и замочить профессиональную камеру, держит ее в чехле, с крышечкой на объективе, но пока он снимет ее и расчехлит –– все уже уедет, убежит и растворится. Я перебил много техники и за это пожертвовал другими аспектами жизни, которым уделял меньше внимания и денег.

С чего ты посоветуешь начать людям, которые хотят заняться фотографией?

–Берете свою камеру или одалживаете у знакомых, начинаете фотографировать бытовые вещи. И глядя на какой-то кадр, вы почувствуете: это нечто большее, чем вы снимали, с этим можно поработать. Из ниоткуда появляется дополнительная ценность: вроде вот пространство и вот объект, но на снимке качественно больше информации. Это очень завораживающий для автора процесс.

Снимать нужно то, что вокруг вас каждый день, –– через некоторое время найдите, что вам близко. Сейчас тренд фотографии очень бытовой, очень социальный. Чтобы стать фотографом, уже не нужно ехать на войну, достаточно запечатлеть историю друга. Личные темы затронут многих –– мы все переживаем одни и те же проблемы. У вас может болеть зуб, но если вы про это расскажите в фотографии, это будет интересно людям, у которых сейчас болят зубы, у которых не болят, но будут болеть зубы, и даже тем, у которых уже или еще нет зубов.

Но если вы хотите говорить с народом, нужно найти с ним общий язык. Я начинал с того, что фотографировал какие-то кусты,  непонятные даже мне самому вещи. Люди вежливо говорили, что в этом что-то есть, но они не понимали, что я хочу сказать, –– я пытался донести мысль некорректным способом. Как в фотографии, так и в речи можно экспериментировать, использовать метафоры, но объяснение должны быть доступным.

Существуют разные школы фотографии и подходы. Например, всем известный Брессон –– он фотографирует ключевой, определяющий момент. А Роберт Франк снимает неразрешенную ситуацию: человек идет по улице, но мы не знаем, то ли он поссорился с другом, то ли оказалось, что его жена беременна, –– видно только настроение, сценарий за кадром. Есть язык абсурда, где на фотографии непонятно, что происходит: чья-то рука, нога собаки, съехавший горизонт, какие-то световые пятна. Например, Пинхасов работает практически на грани абстракционизма. Разные подходы и направления можно использовать как инструменты. Это как знание языков ––  чем больше языков вы знаете, тем с большим количеством людей можете общаться, подбирая точные слова.

Фото: Юрий Юст

А хорошие кадры часто получаются? Иногда просматриваешь отснятое и кажется, что все не то.

Одно время я решил заняться подсчетами и понял, что за пять-шесть часов прогулок по городу можно сделать три-четыре неплохих кадра. А один по-настоящему хороший снимок, который может мне потом еще год нравиться, получается примерно раз в пять недель.

Чтобы научиться снимать, нужно много снимать, много удалять, много думать. Люди приходят на мастер-классы или творческие вечера и говорят: у меня нет времени, могу только по воскресениям выйти на два часа. Я отвечаю: вы понимаете, я снимаю восемь часов в неделю, а вы будете два –– выхлопа будет в четыре раза меньше. Я не встречал такого, чтобы кто-то  сидел на горе и медитировал три дня, а потом брал фотоаппарат, делал единственный кадр и он становился шедевром. Единственное исключение –– фотограф Вивиан Майер. У нее на одной пленке из 12 кадров 8 действительно очень хороших. У всех остальных, как правило, в лучшем случае если на пленке окажется один удовлетворительный кадр. Первые три-четыре года я снимал по 300 кадров в день, практически все и везде. Я сейчас уже не понимаю, как это делал, но это хорошо дисциплинирует и набивает руку –– теперь все более размеренно и точно.

Если фотографии получаются скучными, все дело в неправильных объектах и местах или в фотографе?

Не бывает скучных объектов и сюжетов. Если фотография плохая, значит, фотограф плохо снял. Нужно самому быть интересным и интересующимся, — тогда то, что ты делаешь, будет хорошо. Я на каком-то семинаре слышал популярную фразу: не надо воспитывать детей, воспитывайте себя и ваши дети вырастут такими же, как вы. И подумал, гениально, то же самое можно сказать и фотографам: не нужно пытаться улучшить свою фотографию, занимайтесь собой и ваши снимки тоже изменятся. Если вы сами себе скучны, нет роста, движения вперед, то и они будет механичны. Все вроде бы красиво, хорошо, гладко, придраться не к чему –– но абсолютно неинтересно. Это самое страшное: люди пытаются практически сделать хорошо, но внутреннего содержания дать не могут. Начинать надо всегда с себя –– тяжелее всего с собой бороться, себя воспитывать. А все остальное приложится.

Ведь фотография очень психологична. У нас не принято ходить к психотерапевту, самому себе расскажешь –– не поймешь, а через снимки можно лучше открыться. Фотография –– это вы наизнанку. По ней можно увидеть, чем вы увлечены, о чем и насколько быстро думаете, на какие детали обращаете внимание. Насколько включены в жизнь и замечаете окружающих и что с ними происходит.

Цель и значение фотографии сейчас сильно изменились –– снимают все и везде. На что, по-твоему, сейчас больше ориентирована фотография?

Сейчас фотография –– повсеместная часть личной жизни. Если раньше она использовалась для фиксации значимых моментов, то теперь перефокусировалась на детали. У наших бабушек и дедушек за всю жизнь могло быть 10-20 фотографий –– рождение, школа, загс, праздник у друга, –– и это могло ничего не рассказывать о них. А вот когда берешь, снимаешь личные вещи, какой-нибудь портсигар –– это сразу приводит к появлению микроистории. Фрагментарный паззл может поведать о людях намного больше, чем фотография в рамке, где все чинно стоят.

И самые интересные проекты в фотографии сейчас связаны с архивами. Многие коллекционеры собирают снимки и видео записи 40-50 х годов и делают из них серии: бытовые съемки лишены художественного момента и максимально приближены к реальности. Я думаю, что эстетика и понятия красоты очень сильно мешают –– это больше применимо к живописи, а фотография должна работать с реальностью. Чем вы меньше думаете об искусстве фотографии, тем она ценнее для времени.

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Вы можете оставить комментарий, авторизировавшись.